Диана Гэблдон - Путешественница

– Господи, – только и смог сказать Джейми, добравшись до меня и на миг сжав в объятиях. – Боже мой!

Отпустив меня, он повернулся и устремил взгляд в открытое море. Ничто не шевелилось, кроме щупалец медленно плывущего тумана. Казалось, весь мир погрузился в тишину: пушечный гром распугал чаек и буревестников, так что теперь не было слышно даже их криков.

Неподалеку, всего футах в трех от моего укрытия, ядро выбило в сером камне более светлое углубление.

– Что нам делать?

Признаться, я была так ошеломлена и раздавлена, что с трудом осознавала произошедшее. Трудно было поверить, что Айен, который меньше часа назад был с нами, исчез бесследно за пеленой тумана, словно служившей гранью между земным и загробным мирами.

В моем сознании заново прокручивались образы: туман, дрейфующий над очертаниями островка тюленей, неожиданное появление лодки, люди на скалах, тощее мальчишеское тело Айена – белая кожа, болтающиеся, как у куклы, руки. Я видела все с той ясностью, какая сопровождает трагедии; каждая деталь запечатлелась перед моим мысленным взором и появлялась снова и снова, все время с подспудной надеждой, что на этот раз что-то изменится.

Лицо Джейми осунулось и помрачнело, от носа до рта пролегли глубокие морщины.

– Не знаю, – сказал он. – Будь я проклят, я не знаю, что делать!

Он сжал кулаки и закрыл глаза, тяжело и хрипло дыша.

От этих слов мне стало еще страшнее. За короткое время, проведенное с ним после возвращения, я уже успела привыкнуть к тому, что Джейми всегда, даже в самой отчаянной ситуации, знает, что делать. То, что он признавался в бессилии, ужасало не меньше самой беды.

Ощущение беспомощности кружило вокруг меня, как туман. Каждый нерв кричал: «Сделай что-нибудь!»

Но что?

Я увидела полоску крови на его манжете: он разодрал руку, спускаясь по камням. Этому я могла помочь и как-то извращенно порадовалась, что хоть пустяк, но способна сделать.

– Ты порезался. – Я коснулась его раненой руки. – Давай я посмотрю и забинтую.

– Нет.

Он отвернулся, с напряженным лицом отчаянно вглядываясь в туман. Когда я потянулась к нему, он отпрянул:

– Нет, я сказал! Оставь как есть!

Я с трудом сглотнула и обхватила себя руками под плащом. Ветер, даже на мысе, стих, но холод и сырость никуда не делись.

Джейми небрежно отер руку о плащ, оставив на нем ржавое пятно. Он все еще смотрел на то место, где был корабль, потом закрыл глаза и крепко сжал губы. Спустя несколько мгновений он снова открыл глаза и повернулся ко мне, жестом попросив извинения за резкость.

– Думаю, мы должны поймать лошадей, – тихо сказал он. – Идем.

Мы молча брели обратно по каменистой почве, сами почти окаменевшие от потрясения. Лошадей я увидела издалека, они жались к своему стреноженному товарищу. Путь через мыс к берегу, казалось, занял у нас часы, но обратная дорога ощущалась как еще более долгая.

– Не думаю, что он умер, – произнесла я по прошествии времени, показавшегося мне годами, и нерешительно взяла его за руку, желая хоть как-то приободрить.

Впрочем, он едва ли заметил бы, даже тресни я ему по голове дубинкой, – брел себе и брел, понуро опустив голову.

– Нет, – сказал Джейми. – Нет, он не мертв: иначе они бы не забрали его.

– А они забрали его на борт корабля? – не унималась я. – Ты их видел?

Мне казалось, что для него лучше, если он будет говорить.

Джейми кивнул.

– Да, они переправили его на борт, я отчетливо это видел. Наверное, есть надежда, – пробормотал он как будто про себя. – Если они сразу не проломили ему голову, то, может быть, и в дальнейшем не станут этого делать.

Неожиданно вспомнив о моем присутствии, он обернулся и посмотрел на меня; глаза шарили по моему лицу.

– Ты в порядке, англичаночка?

Я перепачкалась, порвала одежду, кое-где поцарапалась, и колени дрожали от страха, но была цела.

– Со мной все в порядке.

Я снова взяла его за руку, и на сей раз Джейми не отстранился.

– Это хорошо, – тихо произнес он после долгого молчания, взял меня под руку, и мы двинулись дальше.

– У тебя есть догадки насчет того, кто они такие?

Мне пришлось слегка повысить голос, чтобы перекрыть плеск прибоя, но я хотела, чтобы он не переставал говорить и не уходил в себя.

Джейми покачал головой и задумался. Усилия, необходимые для продолжения разговора, постепенно выводили его из шокового состояния.

– Я слышал, как один из матросов перекликался с людьми в лодке по-французски. Правда, это ничего не доказывает – матросы всех наций служат на любых кораблях. И все же мне довелось повидать у причалов немало судов, и на торговый этот корабль не похож. И на английский тоже, хотя тут мне даже трудно сказать почему. Может быть, паруса расположены иначе?