Диана Гэблдон - Путешественница

– Клад. Конечно, было правильно использовать его, когда возникала нужда накормить голодных или спасти людей в тюрьме. Но попытаться выкупить мою свободу – потратить его на то, чтобы я мог свободно жить с тобой в Лаллиброхе и не беспокоиться насчет Лаогеры, – наверное, это было грешное желание.

Я положила его руку на свою талию и привлекла его к себе. Ища успокоения, Джейми положил голову мне на плечо.

– Тихо, – сказала я ему, хотя он и так молчал. – Успокойся. Джейми, неужели ты когда-нибудь делал что-то исключительно для себя, не заботясь о ком-то еще?

Он осторожно провел рукой по моей спине, исследуя шов на корсаже. Его дыхание таило намек на улыбку.

– О, много, много раз, – прошептал он. – Когда я увидел тебя. Когда я взял тебя, не думая, хочешь ты меня или нет, есть ли тебе куда пойти, есть ли у тебя еще кто-то, чтобы любить.

– Дурачок, – прошептала я ему на ухо, баюкая его в своих объятиях. – Ты такой болван, Джейми Фрэзер. А как насчет Брианны? Это ведь не было неправильно?

– Да. – Пульс у него на шее забился сильнее. – Но теперь я забрал тебя у нее. Я люблю тебя и люблю Айена, как собственного сына. И мне приходит в голову, что, может быть, это непозволительно – иметь вас обоих.

– Джейми Фрэзер, – четко произнесла я, постаравшись вложить в голос как можно больше убежденности, – ты ужасный дурак.

Я загладила его волосы назад, убрав со лба и захватив в горсть густой хвост на загривке, и легонько потянула назад, чтобы заставить его смотреть на меня. В сумраке мое лицо, наверное, казалось ему таким же странным: бледные щеки и темные, как кровь, губы и глаза.

– Ты не вынуждал меня прийти к тебе, не отнимал меня у Брианны. Я пришла, потому что я хотела, потому что нуждалась в тебе так же, как и ты во мне. И то, что я здесь, не имеет никакого отношения к тому, что произошло. Мы женаты, пойми ты это! По любым законам, какие ни назови, – перед Богом, Нептуном или кем угодно!

– Нептуном? – переспросил он с весьма озадаченным видом.

– Успокойся. Сказано же тебе, же-на-ты, а в желании обладать своей женой и жить с ней никто не может усмотреть ничего дурного. Равно как и в любви к родному племяннику. С чего ты вообще взял, будто желать быть счастливым – грех? Кроме того, – добавила я, чуть отстранившись и окидывая его долгим взглядом, – что ты, черт возьми, мог поделать с тем фактом, что я взяла и вернулась?

Его грудь задрожала, но уже не от холода, а от сдерживаемого смеха.

– Ничего, кроме как взять тебя, пусть даже вместе с проклятием, – ответил Джейми, нежно целуя меня в лоб. – Любовь к тебе провела меня через ад, и не один раз, англичаночка, и я готов рискнуть снова.

– Ба, – усмехнулась я. – Ты никак воображаешь, будто любить тебя – это нежиться на постели из розовых лепестков?

Теперь он рассмеялся вслух.

– Нет, но, может быть, ты не против продолжать любить меня?

– Может быть, несмотря ни на что.

– Ты очень упрямая женщина, – заметил Джейми с улыбкой.

– Рыбак рыбака видит издалека, – отозвалась я, после чего мы довольно надолго замолчали.

Было очень рано, часа четыре утра. Время от времени облака расступались и выглядывал низко висевший месяц. Ветер менялся, туман в поворотный час между темнотой и рассветом начинал редеть. Откуда-то снизу донесся одинокий голос тюленя.

– Как думаешь, ты в силах отправиться в путь прямо сейчас, не дожидаясь рассвета? – неожиданно спросил Джейми. – Стоит убраться с мыса. По ровной дороге лошади могут ехать и в темноте.

Все мое тело болело от усталости, желудок сводило от голода, но, услышав эти слова, я встала, убрала волосы с лица и решительно сказала:

– Едем.

– Ну разве что «Артемида».

Джаред захлопнул крышку портативного письменного стола и в задумчивости потер лоб. Кузену Джейми было за пятьдесят, когда я познакомилась с ним, а теперь – хорошо за семьдесят, но вытянутое лицо с курносым носом, щуплое телосложение и неутомимое трудолюбие остались прежними. Только волосы, когда-то гладкие, темные и густые, стали редкими и седыми и были небрежно перевязаны красной шелковой лентой.

– Это всего лишь средних размеров шлюп, команда человек в сорок, – пояснил он. – Но сезон уже на исходе, и вряд ли мы найдем что-то лучше. Все, кому нужно в Карибское море, отчалили уже месяц назад, да и «Артемида» давно ушла бы с конвоем на Ямайку, не задержись из-за ремонта.

– Мне главное – получить твой корабль и капитана, – сказал Джейми. – Тоннаж не имеет значения.