Базар при порте представлял из себя лабиринт узких улочек, пролегающих через ящики, прилавки, невысокие каменные дома и другие разнообразные деревянные постройки. Торговали на рынке фруктами, овощами, специями, тканями, то и дело встречались бочки, как я предполагал, с вином или маслом, холодное оружие, инструменты, да и вообще – чего только там не было.
Спустя некоторое время мы вышли к морю. У многочисленных пирсов находилось обилие лодок и стоящих на якоре кораблей. Спустившись к небольшой шлюпке, меня настойчиво попросили в неё залезть. Вот тут за всё время мне первый раз удалось справиться с растерянностью, возникшей под влиянием этой, мягко говоря, фантастической ситуации, и я возмутился. Повернувшись к этим сопровождающим меня обезьянам, я сказал всё, что о них думаю. На что тот из них, кто, подталкивая меня, указывал дорогу, лишь заулыбался, демонстрируя свои кривые и гнилые зубы. Когда я сделал попытку пройти мимо, то уловил его зловонное дыхание, которое давало фору протухшей рыбе, лежащей то тут, то там на берегу у воды. Собирая сотни мух, она вздувалась под лучами палящего солнца и смердела, добавляя в общий букет ароматов портового базара свои отталкивающие ноты.
Обезьяноподобный матрос сделал шаг в сторону и преградил мне дорогу. Проворным движением он вытащил из-за пояса клинок и, продолжая улыбаться, многозначительно поскрёб им по своей бороде в области шеи. Другой матрос в это время уже забирался в шлюпку и осторожно поместил кота в небольшую бочку с круглыми отверстиями, опоясывающими её сверху и снизу. После чего аккуратно закрыл крышку. Как ни странно, кот вёл себя абсолютно спокойно и не делал никаких попыток вырваться и убежать.
Матрос, преградивший мне путь, кивнул в сторону шлюпки, и мне не оставалось ничего другого, как подчиниться. Войдя по колено в мутную, вспенивающуюся прибрежную воду, я подошёл к борту и с плеском вскарабкался внутрь, увлекая за собой кучу солёных брызг, добавив очередную порцию к грязной воде на дне шлюпки, которая от раскачивания на волнах перекатывалась с носа на корму. Второй матрос запрыгнул следом и, сев за вёсла, стал привычно размашисто грести, уводя лодку всё дальше и дальше от берега.
Так мы продолжали двигаться, огибая большие и маленькие корабли, стоявшие в гавани. В тот момент я решил с ними заговорить, так как дальнейшая неизвестность вызывала у меня лишь чувство тревоги. Выбрав для диалога свободного от гребли матроса, я обратился к нему с вопросом, что происходит, где мы и куда меня, собственно говоря, везут. На что мой новый знакомый приподнял вверх краешек губ, изображая полуулыбку, и ответил хриплым голосом. Складывалось впечатление, что со мной говорит сильно простуженный человек, у которого вот-вот пропадёт голос. Из его ответа мне удалось узнать, что мы находимся в крупном порту города Айривиканто. Это, естественно, совершенно мне ни о чём не говорило. О таком названии я не только не слышал, но и испытывал сомнения – существует ли подобное место где-то в моей родной реальности. Ещё я выяснил, что этих двоих зовут Грэжтонс и Скиагорт; второй сейчас сидел на вёслах, а несколькими минутами ранее показывал блеск своего клинка. Таких имён я ещё не встречал, поэтому стал переспрашивать, чем вызвал раздражение Грэжтонса. Он злобно хлопнул себя ладонью по колену и искренне удивился, как можно не знать таких красивых имён. Ну и, конечно, самый мой насущный вопрос, куда мы направляемся и зачем, остался практически без ответа. Лишь сухое: «Скоро сам всё узнаешь».
Когда я показал пальцем на бочку, в которой сидел кот, и спросил, знают ли они, что произошло со мной и этим котом, – матросы лишь отмахнулись, мол, этого мне знать необязательно. Хотя хочется заметить, что при всей их недружелюбности я не чувствовал откровенной враждебности по отношению ко мне.
Наконец, обогнув очередной стоявший на якоре корабль, мы вырулили напрямую к точке нашего маршрута. Корабль, к которому мы направлялись, стоял поодаль от остальных. Так как к нам он находился кормой, то я без труда смог различить надпись. Это был трёхмачтовый корабль, носивший имя «Вивицериан». Помню, тогда я ещё подумал, что название такое же необычное, как имена моих не очень разговорчивых и навязчивых сопровождающих, которые вопреки моей воле везли меня в неизвестность.
По мере приближения можно было уже более отчётливо рассмотреть этот занимательный образец средства перевозки грузов и решения военных конфликтов давно ушедшей в наше время эпохи, полной духа морского авантюризма.
Читать дальше