Александр Март - Механики [1-51 части]

По поводу груши уже не помню, кто придумал, но кстати действует. Когда сидишь кипишь и хочется выплеснуть всё из себя, идёшь туда и колотишь её что есть силы. Народ ходит туда, знаю, даже девушки, у всех же бывает, что накатывает. Вот и молотит там народ грушу эту в полном одиночестве. Я тоже ходил, один раз, когда довели: секретари от меня шарахались, Туман пришёл, взял меня за шкирку, встряхнул и отправил грушу молотить. Правда, никто не видел, как он на меня наехал, но я с ним тогда чуть не подрался, уж не помню, но достали меня, даже Булат убежал от меня, отвернув нос. Помолотил я эту грушу, стало легче, пришёл назад уже спокойный, как удав.

— От Крота тихо? — потихоньку спросил я у Тумана, когда мы, припарковавшись на стоянке около вокзала, шли к его главному входу.

— Тихо конечно. Ты хотел за день чтобы они их засекли?

— Да нет, конечно, мало ли.

— Это не быстрый процесс, — вздохнул Туман. — Эти наверняка зашкерились, будут сейчас сидеть тихо, как рыбы в воде, слишком много шуму они тут сделали. Да и Крот с Чубом тоже не дураки: им надо потихоньку всё делать, на мягких лапках, чтобы их самих не засекли. Нам только ждать остаётся. Засекут их переговоры наши пацаны — будем уже думать, как и что.

Да-да, это мы уже всё обсуждали несколько раз. В нашей ситуации остаётся только ждать.

— Давайте шевелите булками, — поторопил нас Марк, глядя на часы, — поезд через час в Кижень отправляется.

— Да идём уже, — пропыхтел Слива.

Расписание движения уже было сделано, временное. Нам про него вчера Владимир сказал. Кататься-то мы, конечно, не поедем, а вот посмотреть, что и как там внутри вагонов, желание у меня было огромное. Да и ехать 7 часов в одну сторону я тоже не хочу. Раньше да, хотел. Всё думал: вот приедет сюда к нам первый паровоз, возьму Светку, и поедем прокатимся до Киженя и обратно. Не, перегорел, не хочу уже, а она вон вообще сейчас не поехала — меньше пить вчера надо было. Правда, обычно я болею после таких пьянок, а сегодня наоборот получилось.

И вот мы в здании вокзала, само здание было не большим, одноэтажным. Запас земли вокруг него по привычке оставили, это на вырост если что. Кстати, народ-то тут трётся: вон несколько тёток с сумками и пару бабок с тележками этими на колёсиках. Мне кажется, если на этой планете пройдёт всемирный потом или, не дай бог, ядерная война, или будут летать космические корабли и ходить зелёные человечки, то эти бабки с тележками всё равно будут. Вот куда они едут? Неужели в Кижень?

— Как вчера-то всё прошло? Кто-нибудь знает? — спросил я у ребят, пока мы топали в сторону перрона по вокзалу. — Покатали тут народ то вчера?

— Ща у Володи нашего узнаем, — ответил Иван, крутя головой по сторонам.

— А что в вагонах-то, кстати, товарных было? — спросил Туман.

— Техника бытовая. Нам сюда возить не перевозить ещё, и от вас тоже много чего надо. Володя сказал, что надо либо отдельно товарный эшелон пускать, либо к пассажирским вагонам их просто цеплять, чтобы вхолостую тепловозы не гонять. С утра к вам, на следующий день с утра назад, главное, чтобы с погрузкой успели, либо тут вагоны оставлять и просто цеплять товарные к пассажирским.

— В любом случае за пару недель всё это отработается, — добавил Марк, — будет понятно уже более-менее с расписанием и количеством перевозимого груза.

Тут я с ними был согласен. Сейчас только первый состав в Кижень отправится. А вокзал так ничего, богато. На полу и стенах мрамор или гранит, хрен его знает, чё тут. В углу вон небольшая комната полиции и за большим стеклом видно сидящих там двух полицейских. Странно, что на входе на вокзал никого из них не было, мы же увешаны оружием с ног до головы, а вдруг мы террористы. Хотя тут народ по городу, конечно, ходит с оружием, но нас толпа и все вооружены. А нет, вон оба вышли из своей комнаты, заметив нас. Один из них кивнул нам, видимо узнал кого-то из нас. Думаю, что Бондарев наведёт тут порядок, сейчас в себя придёт и наведёт. Хотя после вчерашнего он долго будет ещё в себя приходить, я видел, как в него вчера наши пацаны вливали текилу и в мэра тоже. Причём Грач выгнал из-за стола мэра наших мушкетёров. Это было перед тем, как они на сцену танцевать к девчонкам полезли.

На перрон вышли через вертушки, дворник вон бумажки какие-то собирает, и опять две бабки, и опять с тележками. Сидят уже на лавочке, ждут посадки. Вот куда они прутся? И перрон был относительно пустой. Только в стоящие чуть дальше от нас товарные вагоны что-то грузили по ленте, плюс к самому последнему подогнали грузовик, и с него несколько грузчиков перегружали какие-то коробки и ящики в вагон. Интересно, сколько пассажиров будет в первый рейс?