Александр Март - Механики [1-51 части]

Пока мы стояли и разговаривали, к нам подошёл крепкий мужик лет 35. Иван успел мне шепнуть, что это начальник охраны поезда.

— Добрый день, — остановившись от нас в паре метров, произнёс он.

— Привет, Алексей, — первый поздоровался с ним Иван и, шагнув, протянул ему руку. — Без происшествий у вас всё?

— Да, всё нормально. Сейчас отправляемся в Кижень, завтра назад.

Крепкий такой дядька, одет в нашу цифру, бронник, разгрузку, Калаш в руках, тёмные очки на голове.

— Вас вчера тут не затоптали? — улыбнулся, спрашивая, Туман. — Мы видели, сколько народу тут поезд встречали, а потом, наверняка, его штурмом брали. Всем покататься надо было.

— Да не, всё нормально было, — чуть расслабился начальник охраны. — Пришлось покричать, конечно, но, в целом, нормуль всё. Только три каких-то психа были, — он почесал затылок вспоминая. — С ними пришлось повозиться.

Я прям ждал, когда кто-нибудь про них скажет. Ну не могут наши мушкетёры остаться незамеченными. Смотрю, стоящие вокруг меня мои друзья заулыбались, видимо сразу поняли, про кого идёт речь.

— И че они отчебучили? — поторопил его Грач.

— Ваши? — спросил Алексей, заметив, как мы все разом стали улыбаться и уж очень внимательно его слушать.

— Наши, — вздохнули мы разом.

— Они сначала пытались первые в вагон проникнуть, — начал свой рассказ Алексей, — только народу много было. Мои ребята их быстро на место поставили. Они всё орали «лыжню» и «нам только спросить». Чудные, пипец. Особенно длинный.

— Упырь, — выдохнул Грач.

— Как?

— Упырь у него погоняло. Такой, с лицом, не отягощённым интеллектом, — пояснил ему Грач, — с ним пухлик, его Котлета зовут и третий крендель, Паштет, в очках тёмных — он главный в этой тройке.

— Точно, — засмеялся Алексей, — они Котлету первого пустили. Только народу много, им быстро объяснили, куда им идти надо, они свалили. Я, как раз, на тепловозе стоял курил, — Алексей развернулся и махнул рукой в сторону работающего тепловоза.

— Отправление поезда «Таус — Кижень» через пять минут, — снова заговорил женский голос.

— Так эти альпинисты залезли на крышу вокзала, — Алексей ткнул пальцем в потолок, а мы все задрали наверх голову, — скинули оттуда верёвку на крышу вагона и спустились по ней на него.

— Охренеть, — снова разом мы выдохнули.

— Я, конечно, видел, как люди на поезд опаздывают, — продолжал рассказывать, улыбаясь, Алексей, — но что бы вот так по верёвке вниз.

— И дальше-то чё? — поторопил я его.

— Да ничё, они сразу в окна вагона нырнули, как ниндзя какие. Пухлик этот, правда, свалился, не удержался. Он на ту сторону вагона упал. Я видел, как его эти два товарища за руки взяли и мигом в вагон втащили. Потом они ещё с кем-то ругались внутри. Народу много было, я уже не смог прорваться к ним. Парни мои сказали, что они купе себе выбрали и закрылись там.

— Выковырять их не пытались? — спросил Грач.

— А зачем? — пожал плечами Алексей. Они без оружия, сработали, конечно, лихо, — Алексей снова крякнул, — прям один за всех. Толстого этого в окошко мгновенно затащили. Ну и прокатились они с первой ходкой. Затем, когда назад вернулись, поблагодарили проводниц, помогли вылезти нескольким людям из вагона и свалили. Проводницы потом сказали, что они как дети в окна пялились и кричали от восторга вместе со всеми.

— Эти могут, — засмеялся я.

— Ну, всё мужики, — спохватился Алексей, — я пошёл.

Он махнул нам рукой и, добежав до ближайшего пассажирского вагона, мигом запрыгнул в него. Проводница за ним тут же закрыла дверь. Раздался длинный гудок, железная гусеница дернулась всем корпусом, и эта махина стала сдавать назад. Мы постояли, посмотрели на это чудо техники, помахали пассажирам, виднеющимся в окнах, и пошли на выход. Внутри здание вокзала заметно опустело. Скучающие полицейские снова сидели в своей будке и о чём-то оживлённо спорили, один уборщик ходил внутри и подбирал с пола немногочисленные бумажки. Небольшая кафешка, которую тут кто-то открыл из местных предпринимателей, тоже уже была пуста, а нет, вон двое мужиков, пошатываясь, вышли из туалета и, поддерживая друг друга, направились за один из пустых столиков. Провожающие, видать, какие-то. Не ну а чё? С утра выпил и весь день свободный, сейчас тут догонятся и дальше пойдут, если их, конечно, местные мусора, простите, полицейские, не загребут в кутузку. Интересно, обезьянник тут есть на вокзале?

— Куда дальше едем? — спросил у меня Слива, когда мы своей толпой подошли назад к машинам. Стоянка тоже, кстати, опустела. Со временем, когда рейсов будет побольше, будут тут и машины, и пассажиры, и бабки с тележками, и всего этого будет очень много. Вокзал будет жить своей жизнью.