Андрей Круз - Двери во Тьме

Я на него даже внимания обращать не стал, понимая, что он не только не побежит и не нападет сзади, а еще будет молиться о том, чтобы с нами ничего не случилось: мы сейчас – его единственная защита от тварей.

Федька, высунувшись из кабины в открытую дверь, удивительно ловко сдал опель задом, объехав притертый теперь к забору «штайр». Машина выскочила из переулка, остановилась, проехавшись заблокированными колесами по скользкой дороге. Послышался негромкий удар в борт, зацарапались по доскам когти, еще одна темная тварь вскочила на самый угол кузова, почти что рядом со мной, и угодила под удар сапога, сбросивший ее обратно.

– Федька, гони, не спи, мля! – заорал я так, что сам себя не узнал, подхватился, сел, перекатился на четвереньки, кинулся к борту только для того, чтобы вновь свалиться, – теперь «блиц» дернул вперед.

Опять скребущий звук, я отполз назад, вскидывая автомат, – и вовремя: тварь опять вскарабкалась на кузов и на этот раз поймала очередь, сбившую ее обратно и изрешетившую сами доски кузова. За спиной у меня вновь застучал автомат, я обернулся – Настя обстреливала что-то невидимое мне, палила в сторону переулка, гильзы барабанили по крыше кабины – я даже успел разглядеть, как они поблескивали в лунном свете, отскакивая.

Грузовик даром что тронулся рывком, но скорость набирал до неприличия медленно. Я вскочил в очередной раз, метнулся к заднему борту и обстрелял темное пятно на снегу, опять бросившееся в нашу сторону. К своему же собственному удивлению, попал, и попал хорошо: тварь только дернулась, перекувырнулась пару раз и замерла.

Все, что ли?

А что тогда по крышам прыгало? Это ведь точно был не хмырь и не мартыхай, эту тварь мы пока не видели.

– Справа! – вдруг отчаянно закричала Настя, как раз перезаряжавшая ППШ. – На стене!

Ну да, ну да. Как мог забыть, что они и так умеют? Огромная черная тень скакала прямо по стенам, с ловкостью «гончей Тьмы» и таким же проворством, но она была намного, намного больше. Едва ее увидев, я понял сразу – вот он, вот настоящий ужас, вот та тварь, которая действительно способна нас всех… Сила, скорость, гибкость и волна удушающего ужаса, которую монстр гнал перед собой, – все это пугало и подавляло. Дыхание перехватило от страха, мороз пошел по всему телу, сжимая его в каком-то окоченении.

Кое-как переборов себя, буквально заставляя шевелиться в тот момент, когда хотелось лечь, накрыть руками голову и звать маму, я полоснул по ней длинной очередью, от которой она удивительно ловко увернулась вопреки всем законам физики – словно бы издеваясь, – а потом точно так же пропустила и следующую, оказавшись от нас совсем близко.

Настя попала – пусть не всей очередью, но парой пуль как минимум. Тварь дернулась, метнулась в сторону, немного отстала, но тут же сократила разрыв совершенно невероятным прыжком. Мой автомат плюнул одиночным – патроны закончились. Очередь Насти взбила снег у передних лап чудовища, а затем тварь, описав по дороге причудливый зигзаг, оказалась почти у самого борта. И вновь Настя ее немного отогнала, опорожнив при этом магазин до конца.

Я успел перезарядиться – и на этот раз тварь подловил, влепив в нее несколько пуль. Ее словно судорогой пробило, она задергалась, потеряла скорость, но не успел я обрадоваться, как все вернулось на круги своя, ритм ее невероятно легкого, могучего бега восстановился, и она опять начала нагонять.

Грузовик уже гнал, как я понял, почти что на пределе. Увеличь Федька скорость еще – и мы на первом же изгибе дороги окажемся в сугробе, и дальше придется драться с монстром врукопашную. Хорошо, что машину сейчас почти не трясло: большие колеса глотали мелкие неровности за счет скорости, – мы катили сейчас как по гладкому полу, как по бильярдному столу.

Я опять выстрелил, короткой, на этот раз промахнувшись, но еще отыграв несколько метров дистанции из-за того, что тварь вынуждена была метнуться в сторону, однако особых надежд это в меня не вселило. Было очевидно, что как только она выйдет на удобную для последнего прыжка позицию, она окажется в кузове. А здесь… а здесь мы «все под рукой»: пара ударов когтями – и нас уже ничто не спасет. В силе этого чудовища сомневаться не приходилось: исполосовавший мой тулуп хмырь по сравнению с этим монстром… вот как макака рядом с леопардом.

Опять затрещал автомат Насти, выбивая снег и ледяную крошку из дороги, дульная вспышка осветила ее, сосредоточенную, приникшую к прицелу, стоящую в кузове на широко расставленных ногах. Я оглянулся в поисках хоть какого-то решения, и взгляд мой остановился на пленном, забившемся в угол кузова и смотрящем на меня обезумевшими от дикого страха глазами. Широко расставляя ноги, балансируя, чтобы не свалиться, я подошел к нему, сгреб за ворот тулупа, рывком подняв, сам удивившись тому, что поставил на ноги рывком взрослого мужика как ребенка. А затем поволок его назад, нагнув и стараясь разогнать как можно быстрее.