Борис Царегородцев - Второй шанс адмирала Бахирева

Через три минуты над водой торчала только рубка подлодки. Она еще несколько минут находилась в позиционном положении, но затем скрылась, оставляя только кончик перископа.

Погрузившись под воду, наши подводники стали ожидать, когда в пределах видимости покажутся корабли.

В томительном ожидании прошло еще несколько минут, и вот первыми в перископе – в который наблюдал Гудим – показались эсминцы противника, за ними шла пара крейсеров и только потом два трехтрубных броненосца. Продолжая наблюдать за противником, до которого было еще далеко, он увидел, как башня головного броненосца выплюнула облако дыма. Вначале создалось такое впечатление, что противник заметил перископ и открыл по нему огонь. Но это оказалось не так. Далеко и восточнее подлодки послышались подводные взрывы. Гудим все понял: это немцы отгоняют наши эсминцы со своей дороги. Да и что их отгонять, они там не сумасшедшие, чтобы вставать на пути закованных в броню броненосцев, им бы и одного крейсера хватило, чтобы уйти отсюда. Они здесь не для того, чтобы с крейсерами связываться и тем более с броненосцами, а чтобы не допустить подлодки противника к этому ржавому остову. Наше командование еще надеется, что из этой груды металла можно извлечь какую-то пользу.

Эсминцы быстренько ретировались от греха подальше, но оставались в пределах видимости и в недосягаемости корабельных орудий.

Гудим в который раз поднимал перископ, но до кораблей было еще далеко. Было видно, что эсминцы разделились, четверка и пара крейсеров держались севернее и позади броненосцев, чтобы не мешать им расстреливать свой крейсер. А также приглядывать за нашими эсминцами, или вдруг с севера подойдут русские корабли. Еще один крейсер и пара эсминцев ходили галсами западнее в миле от броненосцев. Броненосцы вначале прошли курсом на север, ведя огонь по кораблю правым бортом. Пройдя так немного, они развернулись на юг и пошли на сближение со своей целью. Теперь броненосцы вели огонь уже левым бортом, но вот этот курс выводил их прямо на подлодку. А может даже, если броненосцы еще чуть-чуть довернут к банке, то выйдут и позади нее. Командир «Акулы» решал, как ему поступить – оставаться на месте, отходить назад или нырять на глубину, чтобы не попасть под таран. Приняли решение отойти назад.

Броненосцы приближались, Гудим спешил убраться с дороги, он боялся, что с такого близкого расстояния торпеды не сработают. Ему удалось отойти метров на пятьсот с линии курса, а все равно казалось, что этот броненосец шел прямо на него. Уже оставалось какое-то мгновение до команды «пли». Гудим выстрелил сразу двумя торпедами, и обе попали, да и как с такого расстояния не попасть. Лодку, которая находилась в каких-то трех кабельтовых, так тряхнуло под водой после этого взрыва, что многие незакрепленные вещи полетели на палубу, жалобно звякнули стекла и также посыпались в эту кучу. Потекли сальники на перископе, они и до этого подтекали, а сейчас еще сильнее. Решили оставаться на месте, только еще метров на пятнадцать погрузиться и лечь на дно, да и кто будет искать подлодку, можно сказать, у самого борта уходящего под воду броненосца. Немецкие эсминцы бросились на помощь броненосцу, но какая может быть помощь, если он уже скрывался под водой.

Выловив остатки экипажа ушедшего на дно корабля, эсминцы отправились догонять удаляющийся броненосец, который, как только его собрат получил две торпеды в бок, сразу прекратил огонь. Он резко переложил руль, чтобы не врезаться в корму уже лежащего на боку броненосца, обойдя его с правого борта, и стал удаляться на юго-запад. За ним следовал крейсер. Державшиеся до этого севернее немецкие корабли также повернули назад и направились домой.

Старшему лейтенанту Подгорному фатально не повезло. Он видел, как после попадания торпед Гудима броненосец в течение пары минут пошел на дно, а также заметил, что «Акулу» никто не преследует, оба эсминца, что держались рядом с броненосцами, заняты спасением экипажа. Оставалось только посетовать, что не он на месте Гудима, иначе атаковал бы эсминцы, стоявшие без хода и спасавшие людей. Еще он понял, что после изменения курса второй броненосец пройдет значительно дальше его засады, и пошел наперехват с такой скоростью, сколько позволяли его электромоторы. Но он опаздывал, броненосец проходил в двадцати кабельтовых от него, за ним шел крейсер. Понимая, что дистанция не убойная и с такого расстояния поразить цель фифти-фифти и он промахнется, Подгорный с досады так кулаком двинул по перископу, что взвыл от боли. Ну почему Гудим не атаковал концевой броненосец, тогда наверняка вот этот вышел на него гораздо ближе, и не пришлось надрывать электромоторы, так еще и батарею разряжать.