— Дымовую шашку нашли?
— Пожарные выбросили сразу – посчитали, что дети баловались. По описанию – это был обычный спичный коробок, наполненный тлеющей пластмассой.
— Способ передачи достаточно рискованный, но признаться надо, что оригинальный, и сработал. По какой причине объект не стал повторяться?
Неужели просчитал появление конкурентов? Даже для меня интерес подполковника Георгидзе стал неожиданным и неприятным сюрпризом, как он-то догадался?
— Товарищ генерал, что делать с нашим кадровиком?
— А ничего, товарищ Савельев! Ничего делать не будем. Мы знаем, что он стучит, и даже догадываюсь кому. Генеральские звезды покоя не дают Вахтангу Давидовичу, подсидеть решил, только не понимает, что ему никто область не даст – в Москве не дураки, понимают, что наш настырный грузинский карьерист партийный все дело быстро и с треском развалит.
Выплеснув накипевшее, генерал успокоился, и внимательно посмотрел на подчиненного:
— Теперь самый главный вопрос! Для чего он нам слил эту информацию?
Ещё раз посмотрел на молчащего полковника, потом на слегка помятый листок, явно из школьной тетради.
— В конце октября 1984 года состоится покушение на Индиру Ганди. Двое телохранителей-сикхов должны будут расстрелять в упор премьер-министра Индии. В конце ноября, начале декабря запланирована диверсия на заводе компании Union Carbide в городе Бхопал в центральной части страны. Ориентировочное число жертв отравления ядовитым газом в результате выброса – от нескольких тысяч сразу, до десятков тысяч в течение нескольких недель-месяцев.
***
— Морозов, ты мне и нужен. Следуй за мной, поговорим в штабе о твоих художествах.
— И вам здравствуйте, Николай Иванович, — улыбаюсь и ничего поделать с собой не могу.
Такая реакция при встрече с директором школы удивит любого, но я искренне рад, а грозный вид и предстоящий разговор меня нисколько не пугают – Николай Иванович Кучер – человек справедливый и честный, поэтому бояться особо нечего. Радость моя не удивительна – только двое учителей из школьного времени заслужили мое искреннее уважение и повлияли на формирование характера и мировоззрения: директор школы и… учительница по химии. Товарищ Кучер по совместительству преподавал историю и обществоведение, и его уроки, на которых довольно резко и откровенно обсуждали все подряд: от политики до общественной жизни в стране – благо перестройка и гласность уже начались, позволили многое понять и во многом повлияли на мой характер.
Учительница химии же, просто была гениальным педагогом и удивительным человеком! На её уроках не было равнодушных – даже законченные троечники знали предмет на хорошо и отлично! Методика преподавания уникальная, собственной разработки – даже в союзном минобре её рассматривали, но она так и не получила широкого распространения – слишком серьёзные требования к качеству самого педагога оказались. К сожалению, счастье оказалось недолгим – в этом же 1984 году наша любимая химичка уехала в Москву с повышением. По подлому закону всемирного равновесия, следующий учитель химии оказался абсолютной полной противоположностью нашей любимице. Непробиваемая занудная зубрилка – худший из всех возможных вариантов.
В результате органическую химию, изучаемую в 9—10 классах, я органически возненавидел, извиняюсь за тавтологию. И знаний по ней практически не сохранилось в моей памяти, в отличие от неорганической химии. ЕГЭ по этому разделу для племянницы сделал, не сильно напрягаясь, без единой ошибки через двадцать лет после окончания школы! Вот что значит – учитель от бога! После развала Советского Союза сманили её в США преподавать в какой-то частной школе или колледже.
— Рассказывай, как ты докатился до жизни такой? — усевшись за стол и сцепив пальцы рук обращается в мою сторону. Что примечательно – мне сесть не предложил, что намекает на крупный залет.
Больше в штабе лагеря никого нет – все на дискотеке, наверное.
— О чем вы, Николай Иванович? — попробуй, угадай какой из огромного множества моих залетов сейчас обсуждаем.
— Что за история с поступлением в пограничное училище? Что за ересь ты наплел Петру Иосифовичу?
Вот ведь непруха – именно этот момент хуже всего залегендирован. Точнее – вообще ничем не подкреплен, никакими фактами и доказательствами. Сшито на скорую руку, до первой проверки, в расчете на неискушенного учителя физики. Кто мог представить, что директор школы, заявившийся в колхоз всего на сутки, не только узнает об этом, но и меня выловит для дачи показаний. Расслабился, потерял бдительность – и поплатился за это. Придется выкручиваться, сочиняя на ходу, что чревато в будущем ещё большими проблемами.
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу