Сергей Чехин - Пламенные Сердца. Испытание Веры

— Кушайте, кушайте, — тихо произнес странник, видя, что никто до сих пор не притронулся к яствам.

— Как там Виктор? — спросил Медведь, макнув кусок картошки в соль. — Построил ловушку?

— Да. Его отряд неплохо постарался.

— Однако вы все равно не в настроении.

Аскет вздохнул:

— Не думаю, что тварь настолько тупа. Она с легкостью обводила ваших людей вокруг пальца, сбивала собак со следа и так просто упадет в абы как прикрытую канаву? Сомневаюсь.

— Мы обязательно спасем Веру! — в сердцах выпалил безусый юнец.

— Михаил! — прикрикнул отец. — Чему тебя учили? Молчи, когда взрослые говорят!

Парень вмиг стал таким же красным, как собственная рубаха, и потупил взгляд.

— Не стоит наказывать за благой порыв, — устало произнес Андрей.

— Извините, — не унимался юнец. — Разрешите один вопрос. Каково это — убивать чудовищ? Что вы испытываете при этом?

— Это уже два вопроса, — буркнул Медведь. Он явно не хотел, чтобы сын общался с гостем в сутане и плаще.

Мужчина пожал плечами:

— Ощущение, словно выдавил из себя капельку страха.

— Разве вы боитесь?

— Все боятся по-разному. Одни сильнее, иные слабее, кто-то за свою жизнь, а мы же боимся за чужие. Некоторые невежды полагают, будто свет исходит лишь от золотого шара в небе. Мол, пока он есть, все будет хорошо и волноваться нет нужды. Но на самом деле истинный Свет рождают добрые души. Они как фонарики в ночи, как светлячки, как звезды — крохотные яркие точки на черном фоне. Чем их больше — тем меньше мрака вокруг, и наоборот. Свет и Тьма — это вовсе не день и ночь, как считают недалекие люди. Свет — это добродетели, а Тьма — злодеяния. Если первых больше — фонарик горит ярче и отгоняет мрак. Если побеждают вторые — душа угасает, открывая путь вечной темноте. Видишь, как все непросто, парень?

Сын слушал с открытым ртом, жена с любопытством внимала рассказу. Лишь глава семьи выглядел малость раздраженным.

— Все в порядке? — спросил у него Андрей.

— Этот обалдуй хочет стать аскетом, — буркнул боярин. — А усадьбой пресветлая бабушка будет управлять, да?!

— Вы молоды и полны сил. Еще не поздно родить наследника… или даже нескольких.

— Мы пытались, — вельможа швырнул картошку в миску и почесал затылок. — Без толку.

— Попробуйте еще раз, — с улыбкой произнес странник и подмигнул девушке. Та зарумянилась и спрятала взгляд. — Уверен, у вас все получится. Эй, витязь! Готов к засаде?

Парень просиял и выскочил из-за стола, Андрей направился следом.

— Куртку не забудь… герой, — бросил в спину отец и сокрушенно покачал головой.

Наступила ночь и охотники собрались за воротами. Все сидели тихо, дабы не прозевать заветный звон. Аскет был рад хоть немного побыть в тишине. В последнее время он больше болтал, чем разил мечом — и вот к чему это привело. Какие-то жалкие три схватки измотали его настолько, что он проспал побег девочки. Старость брала свое, хотя еще какой-то год назад странник сражался с нечистью неделями напролет и чувствовал себя замечательно. Если так пойдет и дальше, придется задуматься об уходе на покой, но перед этим необходимо найти себе замену. Без этого Пламенные Сердца давным-давно бы просто вымерли, и лишь преемственность умений и знаний сохраняла орден… братство… дружину — называйте как хотите — в боеспособности.

Недаром наставник еще во времена ученичества Андрея серчал: измельчал народ, спрятался за высокими стенами, ратует только за свою рубаху, надеется не на себя, а на княжеские войска. Все труднее и труднее отыскивать истинных храбрецов, готовых посвятить жизни служению Свету. Рано или поздно Первый Меч в крепостном храме потухнет, обозначив гибель или совращение Тьмой последнего Пламенного Сердца. Клинок, выкованный основателем братства, угасает с каждым годом, лишь изредка вспыхивая на недолгие мгновенья.

Что будет дальше — неизвестно. Андрей возлагал большие надежды на девочку и…

Дзынь!

Все разом встрепенулись, а Виверна и вовсе подскочил как ужаленный. Меч уже горел в руке аскета, он первым бросился к яме, оставив соратников далеко позади. Кто-то или что-то угодило в ловушку, невероятно… Конечно, это могло быть обычное животное или лесной лиходей, но Андрей истово верил в скорую поимку чудовища. И тогда он вытрясет из него все, что можно и что нельзя, и найдет хоть какие-то следы девочки.

Добравшись до края ямы, странник поднял клинок, осветив ярким пламенем мокрое нутро. На дне копошилось нечто черное, измазанное грязью с ног до головы. В этом чумазом создании аскет далеко не сразу узнал ту, кого глубоко в душе уже не надеялся отыскать. Однако Свет услышал молитвы преданного слуги — в ловушку угодила Вера.