Андрей Васильев - Снисхождение. Том первый [СИ]

И пикся первой влетела в открытую дверь.

Лестница была старая, металлическая и еще — витая. Я весь перемазался в ржавчине, несколько раз ударился о ступеньки выше и под конец чуть не навернулся.

— Если придется быстро убегать, то фиг это у меня получится — сообщил я Жужелке, которая хихикая смотрела на мои мучения — Это же просто кошмар какой-то!

— Мы вообще не раз гадали — для кого такие лестницы делали? — поделилась со мной своими мыслями пикся — Как-то один умный пикси, после того как их осмотрел, даже сказал, что может они и не для людей вовсе. Здание Академии гномы строили и ходы эти — тоже. И королевский дворец их рук дело. Вот и думай — может, они специально такое место под городом сделали, чтобы в случае чего через него попасть во все особо важные объекты. А что — для них тут даже просторно будет, согласись?

— Разумно — признал я — И да — очень похоже на правду, прав твой один умный пикси.

— Тристан — он такой — протянула Жужелка, а следом за этим ойкнула, как видно сообразив, что имя можно было и не называть.

Опять Тристан. Этот шкодник в пестрых штанах везде успевает.

— А давно ты его в последний раз видела? — как ни в чем не бывало поинтересовался я у Жужелки.

— Кого? — как бы между прочим спросила она у меня.

— Тристана — уточнил я — Того, что в пестрых штанах и конфеты постоянно жрет.

— Не знаю такого. Оговорилась я — протараторила пикся — Хотела сказать — Тирион, а сказала — Тристан. Бывает.

— Ну, если увидишь Тириона, передавай ему привет от Хейгена — попросил я ее — Он мой старый знакомец.

— Передам — очень серьезно пообещала Жужелка — Хорошо.

Значит, Тристан осматривал эти ходы — и совсем недавно. А ведь в гномах у Странника отказа нет, ему служат серые дворфы. Ой, сдается мне что скоро в Файролле начнется такое веселье, что небесам станет жарко, просто этот человек ничего не делает. Нет, надо форсировать события и линять отсюда. Мне только не хватало застать большую войну со всеми ее непременными подробностями, вроде осад, коллективных сражений и голоса сверху, толкающего патетику вроде «Событие планетарного масштаба! С настоящего момента все игроки, тяготеющие к темной стороне, могут сменить свой статус и встать под знамена Мрака! У-ха-ха!!!».

Нафиг-нафиг. Эти игры в игре — без меня. Каламбурчик вышел так себе, на пять копеек, но все равно надо запомнить.

Лестница закончилась стеной. Настоящей такой стеной, каменной, добротной гномьей кладки.

— И? — постучав по камням пальцами и выбив из них что-то вроде «Заводы, вставайте», спросил я у Жужелки — Что теперь? Надо сказать: «Сим-сим, откройся»?

— Надо толкнуть, глупый ты человек, зачем тут слова? Тут важна сила рук — пикся налегла на камни — Только полегоньку, мало ли кто по библиотеке шатается, еще услышит, что мы здесь скребемся.

Стена оказалась фальшивой, она легко поддалась и начала двигаться вперед. Из образовавшейся щели вылетело облачко пыли, потом еще одно — и я увидел новую стену, на этот раз — деревянную.

— Все, мы в библиотеке — прошептала Жужелка, дернула за неприметный шнур и в деревянной стене появилось отверстие, к которому она и припала глазом — Никого. Вот и славно. Давай, теперь этот шкаф двигай.

— Погоди-ка — я стянул со спины щит и убрал его в сумку, потом снял нагрудник, за ним наплечники и увидел, что пикся с испугом смотрит на меня — Чего?

— Слышь, человече — она взлетела так высоко, как могла — Ты, конечно, симпатичный, по вашим, людским меркам, но только это как-то неправильно выходит. Ты человек, я пикси… Пойми правильно и только не обижайся, хорошо? Ты мне, конечно, нравишься, но у меня просто есть обязательства кое перед кем, и я не могу…

— Да ты ошалела что ли?! — я понял, о чем она говорит и чуть не поперхнулся — Я переодеваюсь просто. Ну, не в железе же мне тут бегать, согласись? Оно громыхает и в глаза бросается.

У меня в сумке с давних времен болтались рубаха, которую я отхватил в Архипелаге, и портки, тоже с древних времен. Я все хотел их кому-нибудь подарить — продавать такой хлам было стыдно, в сундук класть — глупо, выкидывать — жалко. Так что — идеальные вещи для подарка. Но так и не сложилось. И слава богу — вот, пригодились эти вещи. Я, правда, остался босым, как граф Л. Н. Толстой, но это ладно. Куда больше меня печалило то, что я был еще и безоружным — меч тоже мог вызвать ненужные вопросы. Маскировка, конечно, слабенькая, — но лучше такая, чем никакой.

Шкаф тоже оказался муляжом. То есть — книги на нем стояли, но похоже, что они были прибиты гвоздями — ни одна даже не шевельнулась.