И. Намор - В третью стражу

— Но разведчики… — Попробовала возразить Татьяна. — Эксперты разные…

— И что? — Пожал плечами Олег. — Ты же сама обвела их вокруг пальца на допросах. Неужели ты думаешь, что женщина топменеджер, из Москвы двухтысячных так сильно уступает по уму, жесткости или способности чувствовать момент, всем этим Берзинам да Шелленбергам? Ничуть. Уж поверь мне, я все-таки психолог…

— « Я психолог… о, вот наука!..» [185] 1. Грудь, сиськи; 2. Задница, жопа (нем. сленг).

— Если отбросить инфернальные намёки, ты идешь в правильном направлении.- Улыбнулся Олег. — А теперь посмотри на вещи трезво. Вот Штейнбрюк. Кто он?

— Начальник Западного отдела Разведупра…

— А Витя бизнесмен и кандидат химических наук…

— Ты имеешь в виду образование? — Нахмурилась Татьяна.

— И образование тоже. — Кивнул Олег. — Какое у него, у Отто Штейнбрюка, образование? Школа… гимназия… не знаю, что там у них тогда в Австро-Венгрии было… затем офицерская школа, если он действительно офицер, или краткосрочные курсы каких-нибудь их «прапорщиков»… ну и, возможно, академия РККА. Я не знаю… Но пусть академия… И что? И я школу закончил, и, между прочим, хорошую, а потом медицинский факультет Техниона [186] — А.С. Пушкин «Маленькие трагедии» , и спецкурс по нейропсихологии в Карнеги-Меллон [187] Технион — Израильский технологический институт — университет в городе Хайфа в Израиле. Один из старейших и знаменитейших вузов Израиля. и докторат в Тель-авивском университете… Как думаешь, у кого кругозор шире и образованность выше? А ведь это я еще о Басте ничего не сказал, а он у нас доктор философии…

— Ты хвастун! — Улыбнулась Таня, но улыбка была скорее понимающая, чем наоборот.

— А то?! — Улыбнулся и Олег. — Меня когда… — Но рассказывать Тане, как его по мозгам шарахнуло почему-то не хотелось. — … через тест Векслера [188] Университет Карнеги-Меллон — частный университет и исследовательский центр, расположенный в Питсбурге, (штат Пенсильвания, США). прогнали… Знаешь, сколько я получил?

— Ну, хвастайся, разрешаю!

— 143 из 160…

— Что, действительно? — Кажется, он заработал в глазах Тани еще пару очков, хотя, видит бог, ничего такого и в уме не держал. О другом думал.

— Серьезно, — ответил он вслух. — И поверь мне, и у Степы с Витей не меньше, если не больше. И у вас с Олей тоже… иначе бы мы не общались…

— Умный ты… Баст, а дурак. — Чуть прищурилась Татьяна, пряча за полуопущенными ресницами рвущийся наружу смех. — Вы в нас совсем другое цените, или я ошибаюсь?

— Ну почему же… Все ценим! — А что он мог ей сказать еще? Что не ценит? Так ведь ценит, и… — Но мы не об этом, не так ли?

Было чертовски холодно. Мерзли пальцы рук, и промозглый ветер, несущий вдоль проспекта мелкую ледяную морось, продувал насквозь, легко преодолевая толстую ткань пальто и шерстяной свитер грубой вязки. Что уж было говорить о ногах?! За те несколько минут, что колонна простояла в ожидании приказа, ноги совсем закоченели, и Баст, как и все прочие, окружавшие его мужчины, непрерывно переступали с ноги на ногу, как застоявшаяся лошадь.

«Лошадь… битюг…» — Баст поднял руки к лицу и дохнул на пальцы. Изо рта вырвалось облачко пара, но тепла оно — увы — не несло.

— Дрейфишь, Bazi [189] Тест Векслера (другие названия: шкала Векслера, тест интеллекта Векслера, WAIS, WISC) является одним из самых популярных тестов исследования интеллекта на западе. ? — Спросил стоявший справа от Баста широкоплечий, но какой-то ущербно низенький Гюнтер Штеле. Спросил грубо, как и хотел, вероятно, спросить, чтобы унизить интеллигента и маменькиного сынка фон Шаунбурга . Впрочем, вопрос получился даже грубее чем предполагалось, из-за того, быть может, что унтерштурмфюрер [190] Баварец, ироническое прозвище из северной Германии (нем. Сленг). Штеле был простужен и говорил хриплым сипящим голосом.

— А ты, Genosse [191] Звание в СА (Штурмовых отрядах) и СС, соответствовало званию лейтенанта в вермахте. ? — Однако, заглянув в глаза своему товарищу по партии, — для этого ему пришлось чуть наклониться и повернуть голову — Шаунбург (ведь назваться здесь фон Шаунбургом было бы так же неловко, как прилюдно пустить газы) сразу же пожалел, что вообще спросил. В карих гляделках «карлика Носа» плавал даже не страх, а дикий, готовый сорваться с узды ужас.

Но закончить «разговор» им, к счастью, не позволили. Где-то впереди раздались тревожные крики и властные слова команд, взметнулись ввысь знамена и транспаранты, колонна дрогнула, то ли подтягиваясь, то ли собираясь с силами, и в этот момент Баст ИХ услышал. Благодаря своему росту он отлично видел голову колонны, стоявшую в створе проспекта, и пустую, буквально вымершую площадь, лежащую перед первыми шеренгами, в которых стояли командиры и самые крепкие уличные бойцы, каких смогла выставить местная организация СА. Итак, сначала сквозь слитный шум задвигавшихся разом людей, Баст услышал лишь ритмичный гул, в котором, впрочем, привычное ухо легко узнало «хоровое» пение. Затем — не прошло, кажется, и нескольких секунд — он узнал и песню, а потом в створе противоположной улицы появилась голова чужой колонны. Над ней тоже развевались красные флаги и тяжело колыхались растянутые «от стены до стены» транспаранты, и грозно взмывали вверх сжатые кулаки идущих.