дада дада - Коренной перелом

Например, во время состоявшейся в нашей истории первой Ржевско-Сычевской операции, где Западным фронтом командовал Жуков, между прорывом фронта в вводом в этот прорыв подвижных соединений, прошло почти трое суток, которые противник сумел использовать для подтягивания к месту прорыва своих подвижных резервов. В результате, вместо развития успеха, на берегах реки Вазузы разгорелись ожесточенные и кровопролитные встречные сражения, длившиеся почти месяц.

Проведенная моим корпусом почти два месяца назад Брянско-Орловская операция являлась как бы прямой противоположностью тому, что в это время происходила в нашей реальности. И Георгий Константинович очень живо интересовался подробностями сего дела. Быстрота и натиск, точный расчет времени и сил, взаимодействие с авиацией и заброшенными во вражеский тыл десантниками, разведчиками и партизанами.

Короче, поговорили мы с будущим Маршалом Победы №1 весьма плотно. Нормальный мужик, правда, жесткий, властный, подавляющий подчиненных силой своего авторитета, и направо налево отдающий их под трибунал, приговоры, которого в девяти случаях из десяти были обвинительными. Да, при проведении своих операций он обычно не считается с потерями. Но на войне, вот ведь какая штука, тот командир, который якобы бережет солдат, на круг имеет потери гораздо большие, чем у «кровавого мясника» Жукова. Меня, кстати это прозвище совершенно не раздражает – сам такой. Просто, в отличие от того же Жукова, у меня, вместо множества среднестатистических дивизий РККА, под рукой штучный и очень дорогой инструмент, пригодный для достижения решающего успеха.

Поднявшись на замаскированный на вершине небольшого пригорка КНП, я прильнул к стереотрубе. Отбитая еще во время Брянско-Орловской операции станция Навля была занята нашими войсками. Потом километр или, примерно, около того, ничейного поля, а дальше, на другом берегу речушки с тем же названием что и у станции, находились позиции немецких, а точнее, французских, пехотинцев. С самого начала, поверив в нашу дезинформацию о выводе из Брянско-Орловского выступа ударных соединений, немецкое командование, увлеченно готовившееся к прорыву к Волге и Кавказу, считало этот участок фронта третьестепенным, куда можно было посылать эрзац-части. И мы тоже не смущали немецких генералов ненужной активностью, в результате чего, большую часть времени тут стояла тишина, как на курорте.

Оборона у противника тут была построена по принципу опорных пунктов, перекрывающих основные железные и шоссейные дороги. А отойди на километр-другой в сторону, и попадешь в непролазный болотистый лес, сохранившийся еще со времен нашествия Батыя или польской интервенции в Смутное время. Именно по таким лесам водил незваных гостей Иван Сусанин, именно по ним, в обход так называемой немецкой обороны, недавно из вражеского тыла вышло партизанское соединение Сабурова, сильно потрепанное немецкими и венгерскими оккупационными частями, а также базирующимися в Локте коллаборационистами Каминского. Сабуров так напугал генерала фон Вейхса, что в преддверии начала своего наступления, он бросил против партизан танки и авиацию.

Теперь сабуровцы, отдохнувшие, пополненные и перевооруженные, пойдут в рейд вместе с нами, в основном в качестве проводников и флангового охранения. Ведь территория, по которой нам предстоит наступать, больше полугода была районом, в котором действовало соединения Сабурова. А многие бойцы, так и вообще местные уроженцы, и знают там каждую дорогу, каждую тропу, речку, ручей или мост.

Что касается обстановки во вражеских тылах, то мы уже знали, что немцев и венгров, так сильно досадивших Сабурову недавно отправили на фронт, где они, бедолаги, почти поголовно полегли штурмуя нашу оборону. У Жукова не забалуешь! А вот отморозки Каминского, численностью пять-семь тысяч голов, остались на месте, поскольку немецкое командование очень низко оценивало их боеспособность и поручало им самые грязные дела. Но сегодня не их день, поскольку и их база – райцентр Локоть, и вся так называемая Локотская республика, лежат на пути танков нашего корпуса. Давно мечтал поквитаться с этой мерзостью, которая действуя на благо злейших врагов русского народа, развязала на отдельно взятом куске советской территории второе издание Гражданской войны. Но, ничего, осталось совсем немного, и мы размажем этот бандитский анклав.

Грохот орудий стих, и под крики «ура» в атаку пошла наша пехота. Типа пошла, потому что это была еще одна фишка из будущих времен с чучелами, выставляемыми над окопами. Немецкие позиции по ту сторону речки озарились пламенем выстрелов. Пропагандисты Геббельса настойчиво внушали французам, что русские большевики – это такие звери, что пленных вообще не берут, а с французами делают такое, что африканским людоедам и не снилось. Поэтому храбрые галльские петушки решили драться до последнего патрона.