Алексей Сергиенко - Чистка

Но что делать, если это единственный доступный выход?

— Высматриваешь чего-то? — поинтересовался Саловиц, вытирая пот со лба. — Ищешь что-то лишнее? Что-то, чего здесь быть не должно?

— Наоборот, — отмахнулся Алик. — Ищу то, что должно быть здесь, а сейчас отсутствует.

— Тяжело найти то, — хохотнул инспектор, — чего нет.

На обоих концах палубы к стене были привинчены толстые, красно-белые цилиндры, в которых, по соображениям безопасности, находились спасательные плоты. Понедельник щёлкнул одним из них, обнаружив аккуратно упакованный пакет из оранжевой ткани и пять спасательных жилетов.

Второй цилиндр был пуст.

— Нет, блядь, нет, нет, нет! — воскликнул Саловиц.

— Да, да и да, — улыбнулся Алик. — Они в отчаянии и у них не было другого выхода. Представляешь, в каком они были ужасе, когда ворвавшиеся в их дом бандиты устроили перестрелку между собой?

— То есть сейчас они… — вполголоса пробормотал инспектор.

Понедельнику показалось, что он видит, как вращаются шестерёнки в голове Саловица.

— Найди координаты этого корабля по состоянию на 11 часов по восточному поясному времени прошлой ночью, — сказал он инспектору, — а затем свяжись с южноафриканской береговой охраной. Пусть берут лодку или самолёт, или что там у них есть, и мчат по тем координатам.

Четверть часа спустя, когда оба успели вернуться в двадцатый полицейский участок, они заказали себе по порции кофе из автомата и принялись сортировать поступившую почту, усевшись в кресла в опустевшем кабинете.

Судебно-медицинская служба Агентства установила личности погибших в портальном доме, лежащих неподалёку от Арктической комнаты. Тела принадлежали Мендосам, пожилой супружеской паре из Манилы, совершенно не связанной с любой криминальной активностью. Вся их вина заключалась в том, что они случайно оказались на пути спасающегося бегством бандита — взломавшего их систему безопасности и убравшего нежелательных свидетелей.

Алик и Саловиц просмотрели видеофайл, полученный из системы гражданского наблюдения Манилы — на нём светловолосая женщина вышла из дома Мендоса на проспекте Макайта, напротив парка Айяла, огляделась по сторонам и села в подъехавшее такси. Менее чем через тридцать секунд автомобиль был стёрт из системы учёта гражданского транспорта Манилы.

Снятое издалека видео было не лучшего качества, но по нему можно было установить, что подозреваемая чуть выше среднего возраста, с впечатляющей мускулатурой, полученной в результате неустанных тренировок. Одета она была в свободное пальто в стиле арктической парки, призванное скрыть её доспехи и спасти от холода, при незапланированном арктическом бегстве.

«В Маниле она, должно быть, просто изжарилась, — подумал Алик. — Но какова предусмотрительность. Она словно знала, что ей придётся отступать через ледяную тьму. Или знала?»

Нейронные сети, проведя процедуры улучшения, исправили её заснятое не в фокусе лицо, и искин участка запустил распознавание лиц, чтобы выдать через пару минут неутешительный вердикт.

— Как это «ничего не найдено»?! — возмутился Саловиц. — Откуда эта фифа вообще тогда нарисовалась?

— Уж явно не из принадлежащего Рейнеру стриптиз-бара, — хохотнул Алик.

— Ты что, узнал её? — мгновенно навострился инспектор, заметив изменение тона фэбээровца.

— Нет, — отмахнулся Понедельник.

Сказанное им не было ложью, по крайней мере, не на все сто процентов. Он действительно не узнал эту женщину — просто потому, что никакие системы распознания лиц не способны распознать человека, меняющего своё лицо после каждой операции — после появления косметических компонентов кселл это было не особенно сложно. Однако её рост и телосложение оставались неизменными с точностью до пяти процентов, как, впрочем, и цвет её волос, который всегда был песочно-русым, независимо от выбранного ей стиля. Как и кровавая баня, которая тоже являлась её своеобразной визитной карточкой.

— Это Чума , — вздохнув, признался Алик.

— Таки узнал! — с удовлетворением в голосе сказал Саловиц.

— Узнал по подписи. Кто ещё может навалить столько трупов?

Сказав это, Понедельник отключился от беседы на пару минут — нужно было разослать предупреждения и запросы о сотрудничестве различным мировым агентствам, с учётом изменения статуса преступления. После чего набрал Тансана.

— Чума , — сказал он после дежурного приветствия.

— Вот дерьмо, — вздохнул Тансан. — Ты уверен?