Григорий Кузнецов - Дикий (СИ)

Вывозил лесины ширококолесный скиддер, ловко сгребая их и цепляя своим захватом.

Народ работал сноровисто, было видно, что занимаются они этим не первый день. Мы с Редом пока осваивали азы, срезая и рубя ветки.

Охрана попарно находилась на переносных контрольных вышках по углам рабочей зоны, и отслеживала обстановку.

День прошел спокойно, нападений не было.

Ночью проснулся от сильной головной боли, хотел уже подняться и сходить взять в аптечке обезболивающе, как неожиданно боль прошла. Я, сильно не придавая этому значения, завалился спать дальше.

Просыпался еще раз, когда крутили очередного зомбированного бедолагу, но опять быстро срубился, когда его спеленали, непривычный физический труд сильно меня вымотал.

Утром после завтрака отправились на работу, сегодня уже меня с Редом определили в охрану, а Зола отправили постигать азы лесозаготовки.

Тут оказывается все, кто неплохо стрелял, по очереди заступали в охрану, привилегий особых ни у кого не было, все были заинтересованы в увеличении конечного продукта. А мы с Редом с утра еле разгибали спины, и работниками были никакими. Да и к тому же, когда нападали хищники, они первыми атаковали охрану, видимо понимая от кого исходит наибольшая опасность.

Нас определили в разные пары, наверное, чтоб не болтали, потому что мой новый напарник, которого звали Ким Сон, за всю смену произнес только пару слов, типа:

— Смотри в оба, — и уставился в стену зарослей, пытаясь там что-то разглядеть, наверное, считая, что я должен последовать его примеру.

Да, с такими зверобоями нас здесь точно зверьё сожрет.

Я его примеру следовать не стал, просто расфокусировал взгляд, и медленно стал осматривать периметр.

Слава Ушедшим, и этот день прошел без нападений. Периодически в чаще что-то мелькало, но к нам не лезло.

Ночью опять болела голова, утихомиривали лунатика, а в остальном все прошло спокойно.

Так и потянулись дни один за другим. Я поочередно, то валил лес, то заступал в охрану, втягиваясь в новую работу.

На шестнадцатый день пребывания в поселке подошла наша очередь нести ночное дежурство. Заступили на пост с Золом. В нашу задачу, помимо контроля за спящими товарищами, входила необходимость приглядывать и друг за другом. У меня ещё был шанс какое-то время удержать Зола и поднять шум, Реда бы Зол смел за секунду.

Нам пояснили, что если ночью кто-то поднялся и направился не в туалет, тогда это наш клиент.

Само дежурство сильно повышенного внимания не требовало, главное было не спать и не давать этого делать напарнику, вот мы и рубились с Золом в местный аналог карт.

В третьем часу ночи один из сидельцев зашевелился на нарах, мы насторожились и отложили карты. Через некоторое время он поднялся и быстро пошёл к входной двери.

Мы медлить не стали и приняли клиента, Зол его быстро заломал, а я скрутил веревкой ему руки и ноги. Воткнули в рот кляп, чтобы остальной братве спать не мешал, и закинули обратно на нары.

Порядок действий уже не однократно наблюдавшийся нами по ночам инструкций и объяснений не требовал. А насчет этого доходяги и еще парочки других сидельцев нас особо предупредили, они чаще других гуляли по ночам.

Это были морально сломленные люди, на Земле таких называли — чуханами, здесь их окрестили — доходягами. Все-таки это была не зона, где каждый был сам за себя и народ кучковался небольшими группами. Здесь сила была в единстве всего нашего сообщества и приходилось тянуть даже слабые звенья.

Народ в бараке был не однороден, Кай и еще пяток человек раньше тоже были пиратами, они и держали здесь мазу, остальные до посадки занимались кто чем.

Были и бандюганы с планет, и мошенники со взяточниками, Кай говорил, что последнее время стали присылать разный сброд, который быстро ломался или наоборот начинал качать свои права и пытаться завести новые порядки. Таким быстро обламывали рога и ставили на место, костяк барака здесь находился уже не первый год, правила выживания менять ни кому не позволял, они были написаны кровью.

Когда бедолага утихомирился, я почувствовал, как у меня заломило виски, боль нарастала постепенно и в этот раз долго не отпускала. До этого я грешил на перепады давления, но тут у меня стала закрадываться мысль, что причина в другом. Когда пошел к аптечке за лекарством меня окликнул Кай, видимо его разбудила возня с доходягой.

— У тебя все в порядке? — спросил он.

— Да вот, голова разболелась не по детски, думаю колесо съесть.