Джон Голсуорси - Девушка ждёт

– Мы еще ничего не знаем; может, мы гоняемся за ним впустую.

– Осталось три минуты, – пробормотал Адриан, – ни за что не поспеем.

Но тут в машине словно пробудились свойства английского национального характера: в последний момент она развила сверхъестественную скорость, а другие машины словно расступались перед ней. Рывок – и они остановились у вокзала.

– Ты спроси в кассе первого класса, а я узнаю в третьем, – сказал на бегу Хилери. – К священнику отнесутся внимательнее.

– Нет, – сказал Адриан, – если уж он поехал, то первым классом; тут должен спрашивать ты. А будут сомнения, – скажи им про глаза!

Худое лицо Хилери исчезло в окошке кассы и тут же показалось снова.

– Здесь! На этом поезде! В Петуорт. Скорей!

Братья побежали, но не успели добраться до барьера, как поезд тронулся. Адриан бросился вдогонку, но Хилери схватил его за руку.

– Спокойно, старина, мы его все равно не догоним; но Ферз нас увидит, и тогда все пропало.

Они понуро направились обратно к выходу.

– Удивительно, как это ты догадался, – сказал Хилери. – Когда поезд приходит на место?

– В двенадцать двадцать три.

– Тогда мы можем догнать его на машине. У тебя есть деньги?

Адриан пошарил в карманах.

– Всего восемь шиллингов шесть пенсов, – с огорчением признался он.

– А у меня ровно одиннадцать шиллингов. Вот глупо!.. Придумал! Мы поедем на такси к Флер: если ее машина дома, она разрешит нам ее взять; либо она сама, либо Майкл нас отвезут. Машина не должна нас там связывать.

Адриан кивнул, все еще ошеломленный правильностью своей догадки.

На Саут-сквер Майкла они не застали, но Флер оказалась дома. Адриан знал ее хуже, чем Хилери, и очень удивился, что она так быстро все сообразила и вывела из гаража машину. Не прошло и десяти минут, как они пустились в путь. Флер сидела за рулем.

– Я поеду через Доркинг и Палборо, – сказала она, откидываясь назад. – По этой дороге я могу гнать вовсю после Доркинга. Но что вы с ним будете делать, дядя Хилери, если вы его нагоните?

Этот простой, но существенный вопрос заставил братьев переглянуться. Казалось, Флер затылком почувствовала их растерянность, – резко затормозив машину под самым носом у собаки, которая чудом избежала гибели, она повернулась и спросила:

– Может, вы хотите прежде подумать?

Адриан молчал, поглядывая то на круглое лицо Флер с правильными чертами – это воплощение практичной, спокойной, уверенной в себе молодости, – то на худое, умное, изборожденное морщинами лицо брата, все такое же доброе, хотя страдания ближних и оставили на нем свой след.

– Едем, – сказал Хилери, – будем решать, как подскажут обстоятельства.

– Пожалуйста, остановитесь у почты, – добавил Адриан. – Я хочу послать телеграмму Динни.

Флер кивнула.

– Почта есть на Кингс-Род. Мне еще надо где-нибудь заправиться.

И машина двинулась в потоке других машин.

– Что мне написать в телеграмме? – спросил Адриан. – Сказать про Петуорт?

Хилери покачал головой.

– Скажи только, что мы, кажется, напали на верный след.

Когда они отправили телеграмму, оставалось всего два часа до прихода поезда.

– До Палборо пятьдесят миль, – сказала Флер, – а оттуда еще около пяти. Не знаю, хватит ли бензина. Посмотрим в Доркинге.

И хотя в закрытом лимузине разговаривать очень удобно, Флер будто онемела, сосредоточив все внимание на машине.

Сперва братья сидели молча, не спуская глаз с часов и спидометра.

– Редко я теперь езжу кататься, – негромко сказал Хилери. – О чем ты думаешь, старина?

– О том, что мы с ним будем делать.

– Если бы при моей работе я еще раздумывал заранее, я бы через месяц протянул ноги. В городских трущобах священник живет, как в джунглях, – того и гляди, из-за дерева выскочит тигр; вырабатывается какое-то шестое чувство, на него и приходится полагаться.

– Ну да, – сказал Адриан. – А я живу среди мертвецов и совсем неопытен в обращении с живыми.

– Отлично ведет машину, – вполголоса заметил Хилери. – Погляди на ее затылок. Так и видна сноровка во всем.

Изящная головка с коротко подстриженными волосами удивительно ловко сидела на белой круглой шее, – сразу видно, что она тут полновластная хозяйка.

Несколько миль они проехали молча.

– Вот и Бокс-Хилл, – сказал Хилери, – в этих местах со мной однажды случилась история, я тебе о ней не рассказывал, но никогда ее не забуду; вот пример того, как легко каждому из нас свихнуться. – Понизив голос, он продолжал: – Помнишь веселого священника Даркотта? Когда я учился в Бикерской школе – до Харроу, – он был там классным наставником; как-то раз в воскресенье он взял меня на прогулку в окрестности Бокс-Хилла. В поезде на обратном пути мы оказались одни в купе. Мы с ним дурачились, но вдруг он словно взбесился, глаза у него загорелись и стали какими-то безумными. Я совершенно не понимал, чего ему нужно, и порядком напугался. Потом он вдруг овладел собой. Все это произошло ни с того ни с сего. Разумеется, подавленный половой инстинкт… на какой-то миг он превратился в настоящего маньяка… ужасная штука. А ведь славный был человек. В нас живут темные силы, Адриан.