Джон Голсуорси - Девушка ждёт

– Давайте минуты три подумаем, – сказал он, – а потом обменяемся мыслями.

Они постояли перед горевшим камином, – мужчины курили, женщина нюхала осеннюю розу.

– Ну? – спросил наконец Хилери. – Что-нибудь придумала, Мэй?

– Вот что, – ответила, наморщив лоб, жена. – Если все так, как описывает Динни, надо сначала навести справки в больницах. Я позвоню в три-четыре приемных покоя, куда его могли привезти, если с ним что-нибудь случилось. Еще рано, и к ним вряд ли поступило много народу.

– Очень мило с твоей стороны: ты женщина находчивая и сможешь все узнать, не называя его имени.

Мэй пошла звонить.

– А ты, Адриан?..

– Есть у меня одна догадка, но я хотел бы сперва выслушать тебя.

– Что ж, – сказал Хилери, – мне пришли в голову две возможности. Во-первых, нужно узнать в полиции, не было ли сегодня утопленников. Во-вторых, – я думаю, что это вероятнее всего, – он мог напиться.

– Так рано ему негде купить вина.

– А в гостинице? Деньги у него есть.

– Согласен, если моя догадка тебе не понравится, поищем в гостиницах.

– Ну?..

– Я пытался поставить себя на место этого бедняги. Мне кажется, если бы я почувствовал себя обреченным, я сбежал бы в Кондафорд, – может быть, не в самую усадьбу, а в ее окрестности, туда, где мы играли мальчишками, туда, где я жил, прежде чем на меня обрушилась судьба. Раненое животное уползает в свою нору.

Хилери кивнул.

– А где его дом?

– В Западном Сассексе, – у самой гряды Меловых холмов, на их северном склоне. Станция Петуорт.

– А! Знаю эти места. Перед войной мы с Мэй часто бывали в Бигноре и исходили пешком всю округу. Давай попытаем счастья на вокзале Виктория и узнаем, не садился ли в поезд кто-нибудь похожий на Ферза. Но сперва выясним в полиции насчет утопленников. Я могу сказать, что пропал кто-то из моих прихожан. Какого он роста?

– Выше среднего, широкие плечи, большая голова, широкие скулы, тяжелый подбородок, темные волосы, серо-голубые глаза; костюм и пальто синие.

– Хорошо, – сказал Хилери, – позвоню в полицию, как только Мэй освободит телефон.

Оставшись один у горящего камина, Адриан погрузился в раздумье. Он читал детективные романы и знал, что следует французскому индуктивному методу, построенному на психологической догадке, тогда как Хилери и Мэй пытались решить задачу по английской системе, путем последовательного исключения одной возможности за другой, – чудесная система, но разве у них есть время ждать чуда? В Лондоне человек может исчезнуть, как иголка в стоге сена; а необходимость избегать огласки связывает им руки. Он с нетерпением ждал, что выяснит Хилери. Какая странная ирония судьбы, – он, именно он боится услышать, что несчастный Ферз утонул или попал под машину, а Диана стала свободной!

Адриан взял со стола Хилери расписание поездов. Поезд в Петуорт ушел в 8.50, следующий пойдет в 9.56. Времени почти не остается. Он сидел как на иголках, поглядывая на дверь. Торопить Хилери глупо – он мастер беречь время.

– Ну? – спросил Адриан, когда отворилась дверь.

Хилери покачал головой.

– Ничего! Ни в больницах, ни в полиции. Никуда его не привозили, нигде о нем не слышали.

– Тогда поехали на вокзал, – сказал Адриан, – поезд уходит через двадцать минут. У тебя есть сейчас время?

Хилери взглянул на свой стол.

– Времени нет, но я все-таки поеду. Просто беда, какую власть имеет над нами сыскной азарт. Подожди минутку, я только скажу Мэй и захвачу шляпу. Можешь пока поискать такси. Ступай к Сент-Панкрасу и жди меня.

Адриан пошел, оглядываясь по сторонам в поисках такси. Наконец ему попалась машина, ехавшая с Юстон-Род. Он велел шоферу развернуться и стал ждать брата. Вскоре показалась сухощавая, одетая в черное фигура.

– Что-то я не в форме, – сказал Хилери, задыхаясь, и влез в машину.

Адриан высунулся из окна.

– Вокзал Виктория, и побыстрее!

Хилери взял его под руку.

– Ни разу не выбирались с тобой за город, старина, с тех пор как лазили на вершину Кармарзен сразу после войны. Помнишь, какой был туман?

Адриан вынул часы.

Боюсь, что не поспеем. Уж очень большое движение. Некоторое время они сидели молча, подпрыгивая на сиденье.

– Никогда не забуду, я раз проходил во Франции мимо maison d’aliénés [30] – сказал вдруг Адриан, – большое здание у самого железнодорожного полотна, окруженное чугунной решеткой. Какой-то несчастный раскинул руки, широко расставил ноги и вцепился в эту решетку, как орангутанг. По-моему, это хуже смерти. Там хоть добрая, чистая земля, да небо над тобой. Я жалею, что Ферза не нашли в реке.