Джон Ирвинг - Правила виноделов

К полудню он сильно проголодался, но скоро услыхал позади звук приближающегося тягача с лесозаготовок; судя по натужному пыхтенью мотора, тягач шел с грузом. В один день два таких везенья: не умея плавать, Гомер просто не мог составить Винклям компанию, и вот теперь в этом безлюдье – идущий в его сторону грузовик. «В Сент-Облако», – приказал он ошарашенному водителю, на которого тяжеленный дробовик произвел сильное впечатление.

Грузовик принадлежал компании «Рамзес», и поначалу доктор Кедр пришел в ярость, увидев его у дверей больницы. «Если только не экстренный случай, – заявил он потрясенной сестре Эдне, – я и пальцем не пошевельну ради кого-то из этой компании!» Признаться, при виде Гомера он испытал разочарование, а заметив дробовик, встревожился.

– Ты, я вижу, не оставил Винклям никаких шансов, – сурово произнес доктор Кедр.

И тогда Гомер в подробностях объяснил ему, почему так скоро вернулся.

– Ты хочешь сказать, что Винклей больше нет? – переспросил доктор Кедр.

– Их унесло, – кивнул Гомер Бур. – Один миг – и все.

Тут-то Уилбур Кедр и решил никогда больше не искать родителей Гомеру Буру. Вот тут-то он и сказал, что Гомер может жить в Сент-Облаке сколько захочет. Тут-то и произнес свою знаменитую фразу: «Ну что ж, Гомер, надеюсь, ты будешь приносить пользу».

Для Гомера ничего проще не могло быть. Он всегда чувствовал: сироты для того и рождаются на свет – чтобы приносить пользу.

Уилбур Кедр был коренным жителем штата Мэн. Он родился в 186… году в Портленде; мать его была молчаливая опрятная женщина, жившая в числе прочей обслуги – кухарок и экономок – в доме Нила Доу, мэра Портленда и отца сухого закона, действующего в штате Мэн. Нил Доу даже выставил один раз свою кандидатуру в президенты от Прогибиционистской партии, но собрал едва десять тысяч голосов – убедительное свидетельство тому, что избиратели были мудрее матери Уилбура Кедра: она боготворила своего хозяина и считала себя скорее его сподвижницей в борьбе за всеобщую трезвость, чем служанкой (кем она на самом деле была).

Знаменательно, что отец Уилбура Кедра был пьяницей – нелегкая участь в Портленде времен мэра Доу. При нем разрешалось выставлять в магазинных витринах разве что пиво и шотландский эль, которые отец Уилбура Кедра поглощал в огромных количествах; эти слабые напитки, говорил он, нужно пить ведрами, если хочешь как следует надраться. Юный Уилбур никогда не видел отца пьяным – тот никогда не шатался, не падал, не лежал в отключке, не кричал, и язык никогда не заплетался. У него скорее был вид человека постоянно удивленного, посещаемого частыми и неожиданными откровениями, которые застигали его на ходу или в середине фразы, словно он сию минуту вспомнил (или, наоборот, забыл) что-то очень важное, занимавшее его мысли вот уже много дней.

Он без конца покачивал головой и всю жизнь распространял одну басню: будто судно «Грейт-истерн» водоизмещением девятнадцать тысяч тонн, построенное в Портленде, предназначалось для рейсов в Северной Атлантике между Европой и штатом Мэн. {1} 1 Английский писатель Энтони Троллоп посетил в 1861 г. Портленд, что в штате Мэн, и описал этот город в книге «Северная Америка»; в частности, он упомянул строящийся там лайнер «Грейт-истерн». О будущем лайнера Троллоп имел то же превратное понятие, что и отец Уилбура Кедра. Отец Уилбура Кедра был твердо убежден, что два лучших причала в Портлендском порту были воздвигнуты специально для «Грейт-истерна», что новый огромный отель построен в Портленде исключительно для пассажиров «Грейт-истерна» и что судно «Грейт-истерн» до сих пор не вернулось в родной порт лишь оттого, что этому препятствует чья-то злая воля или просто глупость, а может, и подкупленный конкурентами чиновник.

Отец Уилбура Кедра работал токарем на строительстве «Грейт-истерна», и возможно, отупляющий визг токарного станка вкупе с постоянным звоном в ушах от поглощаемого в избытке пива были причиной этого странного заблуждения. Судно «Грейт-истерн» вовсе не предназначалось для рейсов между Портлендом и Европой; первоначально оно строилось для сообщения с Австралией; но бесчисленные задержки со спуском на воду довели его владельцев до банкротства, а для плавания в наших широтах оно оказалось непригодно. И в конце концов где-то сгинуло.

Словом, у отца Уилбура Кедра сохранились весьма путаные воспоминания о тех днях, когда он работал токарем. И он крайне отрицательно относился к борьбе за трезвость, убеждениям жены и к ее хозяину, мэру Нилу Доу. По мнению отца Уилбура Кедра, судно «Грейт-истерн» не возвращалось в Портленд главным образом из-за сухого закона – этого проклятья рода человеческого, обрекшего его на унизительную зависимость от шотландского эля и горького пива. Поскольку Уилбур помнил отца в более поздние годы его жизни, когда история «Грейт-истерна» забылась и отец работал носильщиком на Портлендском вокзале, то он мог только гадать, почему работа на токарном станке считалась пиком его трудовой карьеры.