Александр Дюма - Сальватор

Читатель пройдет с нами во двор дворца Колонны, расположенного на via dei Santi-Apostoli (улица Святых Апостолов), поднимется al piano nobile, то есть на второй этаж, проскользнет, воспользовавшись привилегией писателя входить туда, куда он пожелает, через приоткрытую двустворчатую дверь и окажется в рабочем кабинете французского посла.

Кабинет этот прост. Стены его оклеены зелеными обоями, на окнах висят дамасские шторы. Они, как и обивка всей мебели, тоже зеленые.

Единственным украшением этого кабинета, где некогда располагалась самая дорогая коллекция полотен Рима, является портрет короля Франции Карла X.

По периметру кабинета стоят, прислоненные к стене, выщербленные части колонн, рука женской скульптуры, торс мужской скульптуры. Все это было обнаружено в земле во время недавних раскопок. Рядом с ними находится огромный кусок греческого мрамора, а прямо напротив стола стоит макет надгробия.

Над этим простым надгробием возвышается бюстик Пуссена.

На барельефе изображены «Пастухи Аркадии».

Над барельефом надпись:

Никола Пуссену

Во славу искусств

и в честь Франции.

Ф.-Р.де Ш.

За столом сидит человек, который составляет депешу своим удлиненным и четким почерком.

Этому человеку на вид около шестидесяти. Его выдающееся широкое лицо обрамлено редкой порослью седых волос. Под черными бровями светятся глаза, которые могут иногда метать молнии. У него тонкий и длинный нос, тонкие губы, хорошо очерченный подбородок. На щеках этого человека, ставших коричневыми в результате долгих странствий, заметны маленькие оспины. В целом все его лицо выражает гордость и одновременно доброту. Все говорит о том, что он – человек большого ума и сообразительности, умеющий принимать быстрые решения. Поэт или воин, он принадлежит к старому французскому роду, роду бойцов.

Этот человек и на самом деле поэт, поскольку он написал «Рене», «Аталу», «Мучеников». Он и политический деятель, ибо его перу принадлежит памфлет под названием «Бонапарт и Бурбоны» и именно он подверг критике знаменитый ордонанс от 5 сентября в брошюре «О монархии с точки зрения Хартии». Он – министр, который в 1823 году объявил войну Испании, дипломат, представлявший Францию сначала в Берлине, а затем в Лондоне. Это – виконт Франсуа-Рене де Шатобриан. Посол Франции в Риме.

Его род столь же древен, как и сама Франция.

До XIII века на гербе его предков красовались натуральные павлиньи перья. А после битвы при Мансура, во время которой Жоффруа, четвертый из рода, носивший это имя, шел перед Людовиком Святым с французским стягом в руках и, обернув его вокруг тела, чтобы стяг не достался сарацинам, получил многочисленные ранения, которые повредили не только стяг, но и его тело, получил от Людовика Святого привилегию украсить свой герб белой полоской с многочисленными золотыми лилиями и написать такой девиз:

Этот человек одновременно вельможа и великий поэт. Провидение поставило его на дороге монархии подобно тому пророку, о котором рассказал историк Жозеф и который семь дней ходил вокруг стен Иерусалима, крича «Иерусалим, горе тебе!», а на седьмой крикнул «Ко мне, горе!» и тут же был раздавлен свалившимся со стены камнем.

Монархия ненавидит его, как всех, кто справедлив и говорит только правду. И поэтому она удалила его от себя, сделав вид, что отблагодарила его за преданность. Сыграли на струнах артиста в его душе: ему предложили поехать послом в Рим. Он обожал руины и не смог отказаться от предложения. И теперь он посол в Риме.

Что же он делает в Риме?

Он следит за угасанием Льва XII.

Он пишет мадам Рекамье, Беатриче этого второго Данте и Леоноре этого поэта. Он готовит памятник Пуссену, для которого Депре изготовит барельеф, а Лемуан – бюст. И, наконец, когда ему становится невыносимо тоскливо, он занимается раскопками в Торре-Вергата, но не на деньги правительства, а, конечно же, на свои. И те осколки античной культуры, которые вы видим в его кабинете, являются результатом этих раскопок.

Мы видим его счастливым, как ребенка: накануне он сумел выиграть на лотерее мертвых, как он сам это назвал, кусок греческого мрамора достаточных размеров, чтобы из него можно было высечь бюст Пуссена. И в этот момент радости открывается дверь его кабинета. Он поднимает голову и спрашивает у лакея, который охраняет его покой:

– В чем дело, Гаэтано?

– Ваше Превосходительство, – отвечает лакей, – явился французский монах, который пешком прошел от Парижа до Рима. Он хочет поговорить с вами, как он выразился, по очень важному делу.