Мери Додж - Серебряные коньки

– Ну, хозяин, подавайте-ка нам, что у вас есть! – воскликнул Питер, напустив на себя важный вид.

– Я могу подать вам все, что угодно… все, что пожелаете, – ответил мейнхеер Клееф, кланяясь с трудом.

– Ладно. Дайте нам колбасы и пудинг.

– Ах, мейнхеер, колбаса вся вышла! Пудинга нету.

– Ну, так подайте винегрет из селедки с мясом, да побольше.

– И винегрет весь вышел, молодой господин.

– Тогда яиц, да поживее!

– Зимние яйца очень плохая еда, – ответил хозяин гостиницы, сложив губы трубочкой и подняв брови.

– И яиц нет? В таком случае дайте икры.

Голландец поднял пухлые руки к небу:

– Икры? Да ведь она на вес золота! Кто же тут продает икру?

Питер не раз ел икру дома. Он знал, что ее добывают из осетра и других крупных рыб, но не имел понятия о том, сколько она стоит.

– Ну, хозяин, что же у вас тогда есть?

– Что у меня есть? Всё. Ржаной хлеб, кислая капуста, картофельный салат и самые жирные селедки в Лейдене.

– Что скажете, ребята? – спросил капитан. – Подойдет?

– Да! – заорали изголодавшиеся юнцы. – Только поскорее!

Мейнхеер Клееф двигался как во сне, но вскоре широко раскрыл глаза, увидев, с какой чудодейственной быстротой исчезают его селедки. Затем появились или, точнее, исчезли картофельный салат, ржаной хлеб и кофе; за ними последовали утрехтская вода, смешанная с апельсиновым соком, и, наконец, ломтики сухой имбирной коврижки. Этот последний деликатес не входил в состав обычного меню, но мейнхеер Клееф, доведенный до крайности, торжественно извлек его из своих личных запасов и только тупо моргнул глазами, когда прожорливые юные путешественники встали, заявляя, что теперь наелись.

«Наелись… надо думать!» – воскликнул про себя хозяин, но его гладкое лицо ничего не выразило.

Тихонько потирая руки, он спросил:

– Вашим благородиям потребуются постели?

– «Вашим благородиям потребуются постели»! – передразнил его Карл. – Что вы хотите этим сказать? Разве у нас сонный вид?

– Вовсе нет, сударь, но я приказал бы проветрить и согреть их. В «Красном льве» никто не спит под сырыми простынями.

– А, понимаю… Мы сюда вернемся ночевать, да, капитан?

Питер привык к более удобным помещениям, но сейчас все ему казалось приятным.

– Почему же нет? – ответил он. – Здесь мы будем прекрасно питаться.

– Ваше благородие изволит говорить истинную правду, – проговорил хозяин с величайшей почтительностью.

– Как приятно, когда тебя называют «ваше благородие»! – со смехом сказал Людвиг Ламберту.

А Питер ответил:

– Ну что ж, хозяин, приготовьте для нас комнаты к девяти.

– У меня прекрасная комната с тремя кроватями, и на них поместятся все ваши благородия, – вкрадчиво проговорил мейнхеер Клееф.

– Ладно.

– Фью! – свистнул Карл, когда они вышли на улицу.

Людвиг вздрогнул:

– Чего это ты?

– Ничего… только мейнхеер Клееф, хозяин «Красного льва», и не подозревает, какой сумбур мы устроим в этой самой комнате нынче вечером. То-то полетят у нас и подушки, и валики!

– Смирно! – крикнул капитан. – Вот что, ребята, я до вечера должен отыскать знаменитого доктора Букмана. Если он в Лейдене, найти его будет нетрудно, так как он всегда останавливается в гостинице «Золотой орел»… Удивляюсь, почему вы все сразу же не улеглись спать! Но раз уж вы не спите, то как скажете – не пойти ли вам с Беном в музей или в Стадхейс?

– Согласны, – сказали Людвиг и Ламберт.

А Якоб предпочел пойти вместе с Питером.

Тщетно уговаривал его Бен остаться в гостинице и отдохнуть. Якоб заявил, что чувствует себя чудесно и непременно хочет посмотреть город, так как это его «первый приезд в Лейден», добавил он по-английски.

– Это ему не повредит, – сказал Ламберт. – Какой нынче был длинный день… и как замечательно мы покатались! Даже не верится, что мы вышли из Брука только сегодня утром.

Якоб зевнул.

– Мне было очень приятно, – сказал он, – только вот кажется, будто мы отправились в путь неделю назад.

Карл рассмеялся и пробормотал что-то насчет того, что Якоб засыпал раз двадцать.

– Ну вот мы и на углу. Не забудьте: мы все встречаемся в «Красном льве» в восемь часов, – сказал капитан, уходя вместе с Якобом.

Мальчики обрадовались, когда, вернувшись в «Красный лев», увидели ярко пылающий огонь, зажженный к их приходу. Карл и его спутники явились первыми. Вскоре после них пришли Питер и Якоб. Они не смогли найти доктора Букмана. Им только удалось узнать наверное, что сегодня утром доктора видели в Хаарлеме.