Вадим Тимошин - Слезы ангела мести

– Бред, – ошарашено пробормотал я. – Мой родственничек, конечно, та ещё скотина, но на такое он вряд ли способен. В конце концов, ведь он нормальный человек, у него была семья…

– Майк, там, где большие деньги, не может быть нормальных людей, – перебил Кастелло. – Удержать капитал в своей пасти может только настоящий волк, другого в одну минуту растерзают, разорвут на клочки. Впрочем, ты ещё кое-чего не знаешь о Бенедикте. Помнишь след, который ты нашел?

– Ну да… – я понемногу начинал терять связь с реальностью.

– Наши парни поработали с ним, и установили, что он разительно отличается от тех, что были на виду. Обувь совсем другая, ручной работы. Такую на заказ шьет старик Шварц. Можно сказать, в штучном экземпляре.

– Но почему в доме больше нигде нет таких следов? – я всё же решил поддаться желанию закурить.

– На этот вопрос ты сейчас ответишь сам, – Фрэнки снова улыбнулся. – Что ты одеваешь, когда приходишь в больницу?

– Халат, – растерянно ответил я.

– А кроме?

– Бахилы… – внезапно в моей голове забрезжил точкой света ответ на мой вопрос, но всё же я был ещё не в состоянии произнести его.

– А зачем? – издевательски усмехнулся Кастелло.

– Чтобы не наследить… – я похолодел на дюжину Фаренгейтов. – Вот почему след нечеткий…

– Браво! – зааплодировал Фрэнки. – А теперь – десерт! Я послал к Шварцу своего человека, и он выяснил, что обувь принадлежит Бенедикту…

– Как?! – возопил я, вскочив со стула. – Как это возможно?! Зачем он убил своего друга?!! Это бессмысленно!

– Спроси у него сам, – Фрэнки щелкнул пальцами, дверь кабинета открылась, и дюжий молодчик по имени Мэнни втащил к нам и швырнул на пол Карла Бенедикта собственной персоной. Слегка помятого, но не терявшего присутствия духа.

– Немыслимо! – возмущался он. – Вы ответите за свои действия перед законом!

– В этой комнате закон – я, – сказал Фрэнки, подойдя к этому мерзавцу. Задумчиво почесал затылок и пнул Бенедикта под ребра. – Лучше вам усвоить это сразу, мистер Бенедикт.

Магнат некоторое время хватал ртом воздух, как рыба, выброшенная на берег. Потом поднял глаза на Кастелло и прорычал:

– Когда я выйду отсюда, я добьюсь, чтобы тебя посадили в одну камеру с каким-нибудь насильником!

– Ты отсюда не выйдешь, – вклинился я, взяв со стола Фрэнки свою «Беретту». – У меня девятнадцать патронов. Стало быть, я повторю свой вопрос восемнадцать раз. Зачем ты убил Уиллоу и Блэквуда?

– Пошел ты, – огрызнулся Бенедикт. Фрэнки молча кивнул и отошёл в сторону.

Я сделал первый выстрел. Пуля попала ублюдку в щиколотку, кровь брызнула на грязный пол. Бенедикт скорчился от боли, но не проронил ни звука.

– Зачем ты убил Уиллоу и Блэквуда?

– С..сука… – прохрипел мерзавец.

Вторая пуля раздробила ему колено. На этот раз Бенедикт не смог сдержать крик.

– Зачем ты убил Уиллоу и Блэквуда?

– Ладно, чёрт с тобой, – проскулил магнат. – Блэквуд слишком усердно совал нос в мои дела, а Робин, тварь такая, чуть не продал меня!

– Это как понимать? – удивился Фрэнки.

– А так, что Блэквуд предложил Робину продать ему некоторые сведения о моих делах, и этот гад согласился! Позвонил мне, сказал, что за молчание я должен заплатить столько же, сколько давал Блэквуд! Друг, чтоб его! Но ничего, я лично пристрелил его, вот только сэкономить всё равно не получилось. А всё ты, Майк! Мне дорогущий наемник стоил меньше, чем ты, бесплатный мститель-неудачник! Хотя сейчас я думаю, что лучше бы я заплатил этому куску дерьма!

– По-моему очень глупо шантажировать такого человека, как вы, мистер Бенедикт, – сказал Кастелло, вернувшись за свой стол. – Я бы так делать точно не стал. Но ладно уж, Бог судья вашему дружку. Но не вам. Вас будут судить в штате Мэн, где у меня друзья есть, а у вас нет. Так что, небо в клеточку я вам гарантирую. Увести!

Мэнни, как ураган, ворвался в кабинет, сгреб Бенедикта в охапку и вытащил в коридор, оставив нам на память об этом ублюдке две кровавые полосы.

– Хорошая идея со штатом Мэн, – сказал я, повернувшись к Фрэнки. – Главное, чтобы прокурор не узнал.

– Не успеет, – ухмыльнулся Фрэнки. – Бенедикта уже через полчаса погрузят в самолет и перевезут, куда следует. Так что дело можно считать закрытым. Иди домой, ложись спать, теперь ты снова живой, Майк.

– С удовольствием, – я засунул «Беретту» в кобуру. – Если, конечно, у меня всё ещё есть дом. Меня ведь там слишком долго не было.

Я шагнул к двери, и в этот самый миг Фрэнки окликнул меня: