Роман Галкин - Обреченный взвод

Вчера наш геликоптер после взлета направился на восток, потому мы двинулись на запад, решив определиться с точным направлением позже. Сейчас нужно было как можно дальше отойти от места ночевки до того, как высадится подразделение разведчиков. Пройти по снегу группе в пятнадцать человек не оставляя следов было невозможно, потому следовало положиться только на скорость передвижения.

Трех курсантов Уиллис отрядил для расстановки растяжек с сигнальными ракетами вокруг места ночевки, чтобы узнать, когда преследователи выйдут на след. Далее растяжки устанавливали на оставляемой нами тропе и по сторонам на разном удалении от нее. В свое время капралы Шевел и Юрай дали нам несколько уроков, как с помощью жердей, уложенных в виде перекладин в разветвление стволов подходящих деревьев, переместиться в сторону от тропы, не оставляя следов на земле. Благо склоны сопок густо поросли корявыми, но довольно крепкими деревьями, что позволяло ребятам, ловко перебираясь со ствола на ствол, оставлять незаметные «сюрпризы». Разумеется, разведчиков обучали подобным фокусам не хуже нас, а в силу профессии, скорее всего, и гораздо лучше. Но все же они такие же неопытные курсанты, как и мы, и наверняка попадутся хотя бы в первые ловушки. А каждая активированная ракета не только сообщит нам о месте нахождения преследователей, но и выведет из игры попавших под радиус поражения условной противопехотной мины.

– Новиков! – окрикнул меня Уиллис, как только подразделение прошло сотню шагов, – Пойдешь первым.

Недоуменно пожав плечами, вышел вперед цепочки, но, сделав несколько шагов по глубокому снегу, под которым скрывались коряги и крупные валуны, понял свою задачу – в наказание за ночной инцидент со стефанами придется торить дорогу. Хорошо хоть Сол не давал сильно выматываться впереди идущему, чтобы не замедлять движение всей группы. Он следовал вторым, и как только заметил, что я двигаюсь все медленнее, послал вперед Вуцика. Далее тропу прокладывали Яцкель и Сальдер. Так мы вчетвером и меняли друг друга.

Стефаны каждый раз, проходя мимо нас с Томом, бросали злобные взгляды и лопотали что-то угрожающее. Осознавая, что в случае дальнейшего разгорания конфликта, мы можем подвести всю группу, я дал себе слово не поддаваться на провокации, по крайней мере, до возвращения в часть. Да и там можно потерпеть, ведь нашей совместной службе через месяц с небольшим придет конец. При случае нужно поговорить об этом с Томом, коль уж этот тихоня оказался таким горячим парнем.

Но надо отдать должное обоим стефанам, они торили дорогу с усердием, ничуть не филоня. Уиллису порой приходилось несколько раз повторять приказ, чтобы кто-либо из них уступил место сменщику.

Первую остановку сделали далеко за полдень, когда забрались на вершину самой высокой сопки. Не знаю, как мои коллеги первопроходцы, но я сразу повалился на снег, с ужасом думая о том, что сейчас Уиллис нагрузит нас еще и обещанными хозяйственными заботами. Однако ничего такого не последовало. Наскоро проглотив кубик энергетического шоколада, командир подозвал взводных интеллектуалов – Отто Гергерта и Пола Финкильштейна. Судя по всему, они занялись определением точного местоположения подразделения. Но у меня не было сил даже прислушиваться к их разговору. Съев свой кусочек шоколада, я сидел на снегу, привалившись к стволу дерева, и сквозь полудрему наблюдал, как Борк карабкается на дерево и что-то кричит с вершины, задравшему голову Солу.

Вдруг послышался хлопок, следом засвистела сигнальная ракета и до наших ушей долетел душераздирающий визг. Подскочив, мы с недоумением смотрели в ту сторону, откуда пришли – там кто-то наткнулся на растяжку.

– Борк, ты видишь, кто это орет? – крикнул сидящему на дереве товарищу Уиллис.

– Не вижу, – отозвался тот из ветвей, – Там подлесок слишком густой. Но судя по шевелению веток, тварей не мало.

Сол велел Борку спускаться, и отряд двинулся дальше. Теперь двигались, всматриваясь в окружающий лес и держа карабины наготове. Но больше никто не попадался в расставленные для преследователей ловушки и не оповещал о своем присутствии дикими криками. Время от времени мы видели следы неведомых зверей, иногда достаточно крупные, чтобы авансом уважать оставившего их обитателя местных лесов. Но на глаза попадались лишь мелкие грызуны, снующие по стволам деревьев и по снегу, да порхающие с ветки на ветку беспокойные пичуги.