Роберт Говард - Стервятники Техаса

Но раньше, чем кто-то из стоявших у стойки шевельнулся, техасец вновь повернулся к ним лицом. Он даже не взглянул на человека, которого повалил на пол.

— Ну, амигос! — голос помощника шерифа звучал мягко, но в нем явственно слышалась жажда смерти. — Продолжим игры? Разве у этих хомбрес нет друзей?

Видимо, в этом салуне друзей у убитых не было. Никто не вышел вперед, решившись на смертельную игру.

Полнимая, что кризис миновал и никто больше не попытается бросить ему вызов, Коркоран распрямился и убрал револьверы.

— Красота, — покачав головой, заметил он. — Не знаю, кто мог попасться на такую хитрость. Человек притворяется пьяным и начинает стрелять в потолок.

Представитель закона приходит его арестовать, но, когда начинает двигаться в сторону дебошира, тот падает на пол, уходя с линии огня, а незадачливый помощник шерифа превращается в мишень, которая попадает под перекрестный огнь, ведущийся из разных концов зала. И из восемнадцати или двадцати четырех выстрелов часть непременно попадает в цель.

А потом, резко хохотнув, Коркоран подхватил «пьяного» за шиворот и резким движением поставил его на ноги. Мужчина покачивался и бросал вокруг дикие взгляды. Кровь из раны на голове пропитала его волосы.

— А вот ты отправишься со мной в тюрьму, — совершенно бесстрастно заявил техасец. — Шериф сказал мне, что стрельба в салуне противозаконна. По правде, я должен был бы и тебя пристрелить, только вот я не стреляю в тех, у кого револьвер разряжен. Думаю, шериф порадуется тому, что ты остался в живых.

И двигаясь в своей молниеносной манере, Коркоран вышел на улицу, потащив за собой арестованного. Толпа, собравшаяся на улице, расступилась, и тогда стрелок увидел, как стройная девушка метнулась в круг света, падающего из дверей салуна. Белое лицо и золотые волосы — это была Глория.

— Ох! — резко воскликнула она. — Ох!

Её восклицания едва не утонули в шуме голосов, хлынувших со всех сторон: люди поняли, что же произошло в «Вожде черноногих», и хотели поделиться своими впечатлениями. Коркоран почувствовал, как девушка дернула его за рукав, и услышал приглушенный шепот.

— Я боюсь… Я хотела тебя предупредить… Рада, что они не смогли…

Тень улыбки скользнула по крепко сжатым губам техасца. Он окинул девушку лукавым взглядом, а затем направился в сторону тюрьмы, наполовину ведя за собой, наполовину таща за воротник так и не пришедшего в себя арестованного.

Коркоран вслепую запер дверь каталажки за неудачником-дебоширом, который до сих пор не мог полностью осознать то, что с ним случилось, а потом отправился в офис шерифа на другом конце города. Проходя мимо лачуги тюремщика, что была возведена из подручного материала в нескольких ярдах от тюрьмы, он пнул ногой в дверь, разбудил этого алкоголика, и сообщил о том, что арестованный нуждается в медицинской помощи. Тюремщик оказался удивлен столь же сильно, как и жертва ареста.

Хотя до тюрьмы Коркорана провожала целая толпа народа, теперь улица оказалась почти пуста: большинство зевак отправилось в «Вождя черноногих» посмотреть на тела и на свидетелей, а заодно и расспросить их, как все происходило.

Откуда-то из мрака неожиданно вынырнул запыхавшийся от быстрой ходьбы полковник Хопкинс. Он схватил Коркорана за руку и начал её отчаянно трясти:

— Ну, ты даешь, парень! Здорово! Быстр! Они сказали, у бездельников в баре даже не было времени спрятаться, прежде чем все случилось! Я перестал уже ждать что-то от помощников Джона, но ты себя показал! Эти парни, без сомнения, были из стервятников! А того, что ты упрятал в тюрьму, зовут Том Диал. Я его подозревал. Мы допросим его… Заставим рассказать об остальных, и кто у них предводитель. А пока пойдем и выпьем!

— Благодарю, но не сейчас. Мне нужно отыскать Миддлтона и доложить об этом деле. Вообще-то, его офис мог бы стоять и поближе к тюрьме! А потом я вернусь и стану сам охранять арестованного.

Хопкинс, сияющий от счастья, словно тщательно вымытый самородок, хлопнул техасца по спине и бросился прочь, а Коркоран отправился дальше по пустой улице. Тот факт, что так много шума вызвала смерть трех неудачников, которые, конечно, были из числа стервятников, хотя особенной угрозы человеку опытному не представляли, говорил о том, как редко горожанам удавалось нанести противнику сколько-нибудь серьезный урон. Он пожал плечами, вспомнив о вражде и схватках на юго-западе. Люди мрут словно мухи от пуль на улицах городов Техаса. Но там все от мала — до велика, пограничники, дети и внуки пограничников. А здесь, в лагере старателей, таких были единицы; подавляющее большинство искателей приключений прибыли из районов, где люди давным-давно забыли, как нужно себя защищать…