Дверь распахнулась – я вовремя отскочил, – и нашим с Караком очам предстал хозяин.
Среднего роста и телосложения, ничем не примечательный человек – кроме того, что как и я, карамати. Волосы, такие же белые, как мои, давно не встречались с расчёской и космами спадали на бесформенную робу, которая тоже была белой, правда, в далёком прошлом. Ткань стала грязно-серой и покрылась пятнами, подозрительно напоминающими томатный сок.
Черты лица заострились, как у покойника, потому что чёрная кожа натянулась на костях черепа и напоминала засохшую сливу. Выцветшие светло-голубые глаза смотрели с откровенным презрением и враждебностью.
«Вытрясти имя нанимателя». Раскатал губу!
Я невольно отступил на полшага, но взял себя в руки.
– Господин Мивенар-рохо Ялакур?
– Да. С кем имею честь? – Разглядев моё лицо, старик сбавил тон.
– Талавару-рохо Хлавиир. – Я поклонился как младший, но равный. – Мой рафи – Карак хаамани-Доу.
Другу обычно льстило, что я помню о традициях его народа и ставлю его фамилию после имени, а не наоборот, как принято у нас.
– Прошу в дом, набу. – Сказано было с открытой неохотой, но Ялакур не хотел, видимо, нарушать правила гостеприимства, особенно по отношению к братьям.
Я поверить не мог такой удаче, невзирая на то, что о цели нашего приезда не заговаривал и ответа ещё не получил. Голова пролезет – всё пролезет, подумал я, забывая о существовании плеч.
Вопреки ожиданиям, некромант не жил в хлеву и не был неряхой – просто не счёл нужным или не успел переодеться. Возможно, он приобрёл дом вместе с обстановкой – мебель была старинной, сделанной из гнутого под паром дерева, ковры – очень густой ворс, пружинящий, когда наступаешь. Но обстановка довольно мрачная – я даже цветов не заметил, обыкновенной у нас части любого интерьера.
Поискав глазами кумирню и найдя не сразу, я отвесил полупоклон. Откуда-то из глубины комнаты выбрался встрёпанный и сонный старый воронид, который сказал, что он Риог – фамилию я не расслышал. Карак напрягся – как и я, он помнил, что говорящий с духами по идее никого не принимает.
– Что привело вас сюда в столь ранний час? – спросил Ялакур, провожая нас в гостиную, оформленную в коричнево-золотых цветах. Тон некромант сбавил, но я чувствовал, что общается он с нами лишь из вежливости.
Тут он извинился, принёс дымящийся луас и разлил по чашкам. Я с удовольствием взял в руки тонкую ёмкость из белой глины, вдохнул аромат и потянулся к блюдцу за кусочком тамухози – наверно, кто-то из наших прислал, такие сладости не везде купишь.
Карак уселся на спинке моего кресла и ничего есть не собирался. Ялакур, очевидно, готовился завтракать, когда нас с Караком, так сказать, принесли шетани, поэтому пришлось позвать к столу и нас. Риог не показывался вовсе – видимо, наш разговор его не интересовал.
– Мы вынуждены прибегнуть к вашим услугам, набу, – ответил на вопрос я, когда тамухози приятно осел в желудке. – Не бесплатно, разумеется.
– Услуг я не оказываю, – безапелляционно отрезал некромант, моментально утратив напускное дружелюбие.
– Но…
– Я устал! – вдруг всплеснул руками старик. – Я переехал в этот городишко в надежде отдохнуть от жизни, но и здесь нашлась масса желающих пообщаться с духом покойной бабушки! Мне только гнева наших мёртвых из-за частых вызовов недоставало.
Он перевёл дыхание и дрожащей рукой потянулся к чашке. Я понимал, о чём он говорит. С самого начала путешествия на другой конец страны понимал, что опасность кроется не столько в его сумасшествии, действительном или мнимом, сколько в цели нашего похода.
Несмотря на то, что мы тоже люди, мы сильно отличаемся от атми тем, что они оставляют подарки духам предков и обращаются к ним с молитвами, а мы – духам умерших членов домов карамати. Для нас это равноценно – и те, и другие духи именуются «хока», – и тревожить покойников прямым контактом лишний раз не считается хорошей идеей. Мало ли, чем они решат отплатить.
– Я думал, – сказал Ялакур совсем тихо, – что вы из Башни с какими-то важными новостями.
– Понимаете, набу… – Я сложил пальцы домиком. – Это необходимо в целях следственного эксперимента.
– Нет.
– В доме моего хозяина не всё чисто.
– Нет.
– Я не хочу, чтобы кто-нибудь пострадал.
– Нет, нет и нет.
Гария была права. Но главное – спокойствие.
– Вы отказываетесь мне помочь?
– Отказываюсь.
– Из принципа?
– Точно.
– Раз вы отказываетесь сотрудничать, мне ничего не остаётся, – притворно вздохнул я, мысленно прося прощения у духа этого места. – Пока вы ходили на кухню, я наложил запирающее заклятие на дверь и окна. Нас с Караком оно выпустит, вас – не думаю. Гм, – я с нарочитым интересом окинул взглядом помещение, – а здесь много всего, что может гореть. Жалко всю эту антикварную красоту. Восьмой век, если не ошибаюсь?… Не пытайтесь мне помешать, господин Упрямец – мой рафи вам не позволит. А ведь я не хотел, чтобы кто-нибудь пострадал…
Читать дальше
