Маркус Блейк - Атлантида

Но что, если их было больше?

– Хелен, – вдруг позвал он.

Девушка подпрыгнула от неожиданности. Ни он, ни она еще не забыли о ее совете не закрывать библиотеку. Катастрофически скверном совете.

– Вы обыскали рабочее место Хупера?

– Да, сэр, – она сверилась с информацией на экране планшета. – У Хупера было два кабинета, один в Библиотеке Конгресса, второй в университете. Мы прочесали оба.

– И?

– Ничего имеющего отношение к делу, сэр.

Кроули нахмурился.

– Соедини меня с сенатором Тиммсом. Я должен поставить его в известность о последних событиях.

– Да, сэр. – Хелен бросилась выполнять приказ шефа.

– Шапаль! – Кроули тем временем решил поговорить с оперативником.

Тот озлобленно посмотрел на начальника. У него на лбу красовалась повязка – сувенир от прошлой встречи с парнишкой, в придачу к треснувшим ребрам. С полученными повреждениями оперативнику сейчас приходилось двигаться очень осторожно. Конечно, сам бы он в этом ни за что не признался.

– Мне нужно, чтобы вы сосредоточились, дружище. Теперь их двое. И мне нужно, чтобы вы думали не о том, как вам хочется отомстить им за содеянное, а о том, как их поймать.

– Oui [16], – буркнул Шапаль.

– И еще, Шапаль. – Кроули очень надеялся, что в его голосе больше решимости, чем в душе. – Мне плевать на вашу уязвленную гордость. И Белому дому на нее плевать. Какими бы ни были ваши личные чувства по этому поводу, не смейте убивать этих подростков. Что бы ни случилось, нам хотя бы один из них нужен живым. Вам понятно?

Шапаль смерил его долгим взглядом и наконец медленно кивнул.

Джорджтаун, парк

Ахиллес и Марта бродили от одной забегаловки к другой, пока не наступило утро. Они молчали, обдумывая последние события. Возникшая между ними близость пускай и не исчезла, но сейчас не ощущалась. Каждый оставался наедине со своими мыслями о смерти профессора Хупера.

Оба думали о том, могли ли предотвратить ее.

Они пришли туда, чтобы помочь Хуперу. Но при этом проигнорировали его предупреждение. И он умер.

– Нужно пойти в закуток, – сказал Ахиллес.

– Что? – Глаза Марты остекленели. – Ты о чем? Какой еще закуток?

– Профессор написал, что нам нужно пойти в закуток, а не к нему домой.

– А мы не обратили на это внимания, и теперь он мертв, – пробормотала девушка.

– Слушай, Марта, надо что-то делать. Закутком он называл свой кабинет в библиотеке.

– Да, верно, – она кивнула, пытаясь взять себя в руки. – Еще он сказал, что нам надо остерегаться какого-то пса. Что это значит?

– Давай для начала проникнем к нему в кабинет, а там разберемся, – Ахиллес пожал плечами.

Они сели на метро, предварительно позвонив в библиотеку. Марта сказала, что ей нужно послать Хуперу посылку, и ей сообщили номер его кабинета: Н-1527.

Ребята ехали молча, глядя на отражения друг друга в окне.

И только оказавшись в тени Капитолия, Марта заговорила.

– Кто это был? – спросила она.

Девушка имела в виду того парня, который спас их.

– Я не знаю.

– Вчера, когда говорил, что ты здесь не один, ты его имел в виду?

– Я не знаю, Марта, правда, не знаю.

– Потому что, понимаешь, я смотрю на тебя, а потом смотрю на него. Вижу тебя и вижу его. Он делает то же самое. Только у него какой-то странный меч. То есть я, конечно, рада, что он на нашей стороне, потому что вчера он явно спас нас, но… не знаю. Он не показался мне хорошим парнем. И почему-то мне не становится спокойнее от осознания того, что он где-то неподалеку. Понимаешь, о чем я?

Ахиллес рассеянно кивнул. Он думал о другом. Сейчас в его сознании вспыхнул образ серого тоннеля – поблескивающие стены тянулись вверх, да так высоко, что Ахиллес не видел, где они переходили в потолок. На стенах располагались панели с мигающими лампочками. Тоннель тянулся вперед насколько хватало взгляда. Неподалеку виднелось какое-то голубое свечение, а на его фоне – силуэты фигур в странной обтягивающей одежде. В руках у них были какие-то приборы, похожие на планшеты.

И в видении Ахиллеса эти фигуры что-то шептали, говорили с ним, произносили его имя, но так, что юноша не мог его расслышать. Ахиллес пошел навстречу свечению…

– Да, но что ты думаешь об этом? – Раздражение в голосе Марты вернуло его к реальности. – То твое чувство. Которое подсказало тебе, что тут есть и другие. Что оно подсказывает тебе сейчас? Что оно говорит об этом психе с мечом, Ахиллес? Психе, готовом надрать задницу всем и каждому?