Маркус Блейк - Атлантида

Затем он вновь поместил ладонь на символ, вот только в этот раз Ахиллес почувствовал, что какой-то разряд прошел между ним и этим камнем. Ни один турист не смог бы обнаружить этот вход по ошибке. Ни один археолог не понял бы, что этот символ не просто высечен в камне, а является частью сложного механизма. Этот символ, как и все находящееся в подводном помещении на Азорских островах, был рассчитан на контакт с атлантом, не человеком. Послышался громкий щелчок. На этот раз что-то должно было случиться.

– Ахиллес… – пробормотала Марта.

Все еще прижимая ладонь к символу, атлант обернулся, мимоходом бросив взгляд на Кроули. Тот подал знак Шапалю, и оперативник убрал оружие, позволяя Марте и Ахиллесу поговорить друг с другом.

– Не волнуйся, Марта, – мягко сказал Ахиллес. Вещество транквилизатора замедлило его речь. – Все будет хорошо.

– Где мы? Что происходит, Ахиллес? – Девушка отважно улыбнулась: – Надеюсь, ты не помогаешь этим ублюдкам.

Ахиллес с облегчением убедился в том, что Марта не утратила боевой дух.

– Я делаю то, что должен, – заверил он ее.

– Поторопись, Ахиллес. – Кроули поднял пистолет.

Атлант выполнил приказ и убрал от символа руку. Послышался второй щелчок. Символ остался на месте, но под ногами у Ахиллеса что-то загрохотало. Стела фараона Тутмоса IV, находившаяся между двух лап Сфинкса, отодвинулась в сторону, открывая вход в древний коридор. Никто не входил сюда много сотен лет. Глядя на темный коридор, вся группа застыла в восторге, и благоговение читалось сейчас на лицах как солдат, так и ученых. Даже Шапаль поддался общему настроению, приоткрыв от изумления рот. Песок, поднявшийся от перемещения стелы, с шуршанием затянуло в темноту, словно проход был порталом в другое измерение.

Наконец Кроули сумел отогнать наваждение.

– Ну что, заряжай! Для этого мы здесь и собрались.

Все остальные тоже встряхнулись. Кроули жестом подозвал одного из командиров спецназа и отдал приказ установить оцепление у входа. Затем команда Агентства в сопровождении спецназовцев двинулась к стеле, ведя с собой Марту и Ахиллеса. Впереди тянулись каменные ступени, ведущие под землю. Достав светодиодные фонарики, группа начала спуск.

– Об этом проходе известно, Гилвелл? – спросил Кроули.

Ученому потребовалось какое-то время, чтобы осознать вопрос, настолько он сосредоточился на этой древней лестнице. Похоже, ее высекли в скале. Гилвелл провел кончиками пальцев по стене, с изумлением понимая, что она идеально гладкая. Не было ни царапин, ни шероховатостей, словно этот ход и лестницу сделали при помощи невероятно мощного энергетического луча.

– Эм… простите, сэр… эм… В самом комплексе пирамид много подземных помещений, но вряд ли кто-либо знал об этом проходе, сэр.

К этому моменту они спустились еще на пятьдесят футов и очутились в узком коридоре с низким потолком. Путь им преградила массивная каменная плита. В свете фонариков виднелись высеченные в камне надписи. И вновь Гилвелл обратил внимание на их четкость, словно надписи сделали только сегодня. Как будто этот коридор и все в нем было неподвластно времени, и это производило пугающее впечатление.

Кроули чувствовал напряжение своего отряда.

– Итак, атлант, что это значит? – Он повернулся к Ахиллесу.

На плите юноша разглядел три кольца с высеченными на них знакомыми уже словами – Искупление. Просвещение. Суждение .

Это были названия трех осколков кристалла, которые Ахиллесу предстояло найти.

– Что это за кольца? – спросил Кроули. – Это такие же символы, как и на Азорских островах? Это значит, что нам предстоит пройти три испытания?

– Я не знаю, – честно ответил Ахиллес.

– Как бы то ни было, мы должны идти вперед. Как полагаешь, ты сможешь проделать с этими символами то же, что сотворил с изображением солнца на лапе Сфинкса?

Марта, как и все остальные, смотрела на него с ожиданием. Она ненавидела своих похитителей – даже сильнее, чем Ахиллес, но и она поддалась общему настроению, предвкушению чуда, осознанию того, что вот уже много столетий здесь не было ни одного человека. Они попали в совершенно новый мир.

– Ты сможешь, я знаю, – одними губами прошептала она.

Ободренный словами Марты, Ахиллес вышел вперед и приложил ладони к символам, высеченным в камне. При этом он старался не задеть колец наручниками. Отметины на его ладони совпали с надписями, атлант почувствовал неожиданное тепло в кончиках пальцев, а затем сложил ладони вместе, и символы на камне поменялись местами. Послышался щелчок, и плита отъехала в сторону.