Игорь Самарский - Пятница

нибудь не сварилось, и это последнее место, которое он посетил в этой жизни?».

Ему вдруг нестерпимо захотелось в туалет. Морщась от возникавшей время от времени

боли, он снял повязку и освободил не вполне выздоровевшую руку.

Оставил портфель с документами на диванчике и принялся расхаживать по зеле,

трогая ручки дверей, в надежде найти туалетную комнату. Камеры настороженно

поворачивали свои объективы, в след ему, и, это еще больше выводило Аркадия из

равновесия. Наконец одна дверь отворилась. Возник коридорчик, в конце которого,

также в углу висела камера. А под ней маячила нужная дверь.

Он полчаса сидел на унитазе, согнувшись и уперев глаза в пол, когда ему в спину

сверлил взгляд соответствующей камеры.

Долго мыл руки, пытаясь смыть не только бактерии, но и всю эту нервную атмосферу,

налипавшую на тело, как пыльца конопли на потную кожу, у наркомана, оказавшегося в

зарослях этой высокой и веселящей травки.

Никто не появлялся.

Аркадий не смел дергаться, звать кого либо и ходить по зале, ощущая давящую

атмосферу неведомой угрозы.

Поразмыслив немного, он налил себе коньяка и выпил. Вслед за первым бокалом,

последовал второй, третий…

Чувство опасности притупилось. Аркадий расслабился. На него накатила вдруг волна

наплевательства на всё и вся. Он закусил фруктами, поднялся и стал расхаживать по

зале, рассматривая картины, висящие на стенах.

Прошло уже более двух часов и его никто не тревожил.

Потрогав некоторые полотна рукой, убедившись, что это оригиналы, написанные

маслом, он вернулся на свое место к столику – решил позвонить в банк и своим

друзьям, узнать – что все это значит?

Однако, оба его «крутых» телефона, показывали отсутствие сети связи.

Он сообразил – в этом месте работает установка подавления мобильной связи.

Наконец, одна из дверей открылась и в залу «вплыло» прелестное грудастое создание,

лет восемнадцати от роду. Пока эта фея плыла, раскачивая бедрами к нему, Аркаша с

удивлением осматривал ее фигуру, автоматически сравнивая с фигурой безвременно

«ушедшей» Лоры. В голове странно шумело, возникли какие-то цветные волны,

музыка…

Девушка представилась.

– Здравствуйте Аркадий. Меня зовут Анна, – Аркадий сидел, ошарашено глядя

на неё. Девушка продолжила.

– Меня попросили вас развлечь, потому как босс, к сожалению сегодня очень

занят и не сможет вам уделить внимание. Меня просили это вам передать и еще – он

вам позвонит и вы встретитесь позже. А сейчас – не угостите ли меня шампанским?

Аркадий машинально взял бутылку, с трудом ее откупорил и облил себя и девушку

шипящими брызгами. Та счастливо расхохоталась и обвила его шею своими руками,

забросила прекрасные тугие бедра ему на колени.

– Аркадий забудьте все! Жизнь дается нам один раз. Почему мы должны себя

сдерживать? Вы со мной согласны?

– Ну…В общем, да, – его язык странно стал заплетаться, но голова работала и он

мог еще себя контролировать.

Девушка проглотила шампанское и призывно протянула бокал за следующей порцией.

Аркадий налил себе и ей. Залпом опрокинул содержимое в себя.

– Аркадий. Пойдемте к бассейнам. Там мои подруги. Они страшно скучают. Вы

знаете – нам запрещено общаться с персоналом. Только с гостями и мы изнываем от

безделья! Смелее, вставайте! – она легко вскочила с его колен, потянула его за руку и

увлекла за собой, выводя на террасу в зону бассейнов, окруженных синтетическими

пальмами и другой тропической растительностью.

Навстречу им, радостно замахали руками еще четверо красавиц – две блондинки,

шатенка и девушка, похожая на цыганку. Аркадий почти бежал, постоянно спотыкаясь,

увлекаемый этой фурией, и, не в силах ей сопротивляться.

Последняя, правильная мысль, которая мелькнула в его голове была: « Хорошо, что я

не взял никаких важных документов с собой…».

Он упал в шезлонг со счастливой улыбкой и к нему «прилипли» сразу три красавицы,

целуя в шею, расстегивая брюки и осторожно снимая сорочку…

Телекамеры, замаскированные в синтетических ветвях пальм, бесстрастно

фиксировали происходящее.

Глава 48.

Солнце постепенно скатывалось к сверкающей над гладью океана,

отражающейся, собственной дорожке. Ни одного облачка. Полный штиль. Дневная

жара, постепенно спала. Джунгли острова ожили после дневной сиесты, и, закричали,

зашевелились, захрюкали, защебетали с новой, радостной силой. Стая далеких