Игорь Самарский - Пятница

можно привыкнуть, также как и ко вкусу… Смелее… От соли я уже отвык.

Он разлил «джин» по двум глиняным стаканам. Поднял полный стаканчик.

– Катя. Помните «Бриллиантовую руку»?

– Конечно. Прекрасный фильм.

– Помните как Светличная, охмуряя Никулина, подняла бокал и сказала тост –

«За наше случайное, знакомство!». Я – за то же !

Оба засмеялись и чокнулись стаканчиками.

Костер в очаге, весело потрескивал, ненасытно глотая сухой валежник. Двое молодых

людей, сидели у стола с раскрасневшимися лицами, вспоминали прошлую

цивилизованную жизнь, совершенно не замечая, как яркая, полная луна, повисла над

островом, освещая матовым, колдовским светом, все пространство перед пещерой, и

отбрасывая длинные тени от нависших над склоном холма пальм, на площадку.

Легкий ветерок шевелил кроны деревьев, и эти тени, казались живыми, живущими

своей потайной, ночной жизнью, понятной только им самим. Водопад, также, словно

живое существо, не так яростно, бросал свою воду с высоты холма, как бы сберегая

свою силу и эмоции, для нового солнечного дня, чтобы выплеснуть свою энергию в

природу и навстречу человеку, с которым он научился жить, так красиво и гармонично.

Алекс с Катериной уже сидели рядом на циновке, протянув ноги к огню, совершенно

забыв о сне и пережитых за день приключениях. Кувшин давно опустел. Их разговор

прерывался – то бурным смехом, то грустью. Руки иногда, как бы случайно, терлись

друг о друга и от этих прикосновений, оба непроизвольно вздрагивали.

–…Он предложил мне отдохнуть в ЮАР… Организовал этот полет…Я, как дура

согласилась….Если бы я знала, чем это мне грозит?…Боже! Как я соскучилась

по своим детям… Алекс … У вас есть жена? Дети?

– Нет Катя… Я холост. Так вышло…Армия. Война. Бизнес… Закрутился как белка в

колесе…

– Так и не встретили свою девушку?

– Девушки были… И не одна… Надеюсь вы понимаете о чем я…Но это только

удовлетворение мужских желаний и только… Не было той, особой, к которой я бы

прикипел сердцем…Не удалось встретить. Да к тому же обстоятельства…После войны

надо было встать на ноги самому и помочь друзьям…Даже не знаю – что они делают

сейчас?…

– У вас много друзей Алекс?

– Друзей мало… Приятелей масса. Но друзей…Только два – Валентин, да Михаил…

Был…Погиб наверное. Пропал вместе со своей семьей. И я пропал… Развалилась

наша маленькая компания! А приятели – это так. Если у тебя есть деньги – ты

приятель. Как только у тебя неприятности – тут же все исчезают. Так устроен человек.

– Но это не беда Алекс! В любом случае мы отсюда выберемся. Нас уже двое. Уже

легче! Не так ли?

– Конечно Катя…Конечно… Легче…Я вот думаю про вас… Сопоставляю

факты…

– Какие факты Алекс? Можно я вас, на «ты» буду называть?

– Можно Катя…Можно… А факты – про тебя и про меня…Про нашу прошлую жизнь,

и, произошедшее с нами. Не случайно все это. Я в этом уверен!

Алекс замолчал, усиленно о чем -то соображая. Катерина встала, принесла кувшинчик

холодной воды. Поставила его на землю между ними. Уселась, подперла голову

кулачком и приготовилась слушать, вопросительно глядя на Алекса.

– Почему ты так взволновался Алекс? Что я такого странного сказала?

Алекс, задумчиво посмотрел на неё и начал говорить.

– Я все понял Катя… Это он… Точно он!

– Кто он, Алекс? Кто он? Что ты имеешь в виду?

– Твой муж! Незабвенный Аркаша. Теперь, я понимаю его спешку…

– Какую спешку? О чем ты, Алекс?

Алекс бурно заговорил, нервно подкидывая валежник в очаг.

– Дело в том Катя, что я имел деловые отношения с твоим мужем. Это мой банкир.

Это с его подачи, я решил лететь в ЮАР. Перед отлетом, неожиданно взорвался

мой личный самолет в аэропорту. В твоем самолете – я оказался случайно…Да, это

организовал именно Гольдман… Ты его жена…Я его банкир. Одним ударом он

освободился от двоих, кто ему мешал….И в личной сфере и по бизнесу! Это так на него

похоже! – он взглянул на Катерину.

Та сидела и внимательно слушала, широко раскрыв глаза и боясь упустить хотя бы

момент из рассуждений Алекса.

– Понимаешь… Мне об этом больно говорить тебе. Но я должен…Ради истины. Я

не раз заставал Аркадия своими неожиданными появлениями в банке, с его

секретаршей в непристойных ситуациях. Я считал, что это личная жизнь банкира, в

которую, я не имею права совать свой нос. Не обращал на это никакого