Уилбур Смит - Триумф солнца

– Заканчивается, сэр. Необходимо добраться до колодцев до темноты.

– Именно на это я и рассчитываю. – Стюарт показал рукой на огромную кавалерию дервишей, вырвавшуюся на равнину из-за холмов. – Похоже, на сей раз они решили бросить в атаку все свои силы. Это отчаянный бросок. Передайте, чтобы на всех флангах каре сформировали несколько резервных отрядов на случай, если дервиши прорвутся в середину формирования.

– Они никогда не добьются этого, сэр.

– Разумеется, не добьются, но мы должны иметь в резерве несколько отрядов.

Во время последнего боя дервиши атаковали северное крыло армии, но были успешно отбиты. Остальные три остались вне зоны боевых действий, из-за чего нервничали, томились ожиданием и рвались в бой. Поэтому сейчас сержанты объехали строй и внятно разъясняли роль резервных отрядов в предстоящем сражении. Если враг прорвет одно крыло каре, то остальные должны сохранить боевой порядок армии. Трем сторонам каре следует оставаться на своих местах, а каждый четвертый из резерва должен быстро заполнить образовавшуюся брешь. Не успели сержанты толком объяснить солдатам задачу, как загремели барабаны и протяжно завыла омбейя. Орда всадников ринулась в новый бой.

Пенрод не был облачен непосредственным командованием, поэтому успел определить время по солнцу и с удивлением отметил, что уже далеко за полдень. Стало быть, они сражаются более трех часов.

– Если Салид не появится в этом месте, его могут убить другие люди, – волновался Якуб.

– Этого не случится, благородный Якуб, – успокоил Пенрод и снял шлем, чтобы протереть вспотевшую голову.

Впереди послышался топот копыт и дикие крики разъяренных дервишей, быстро приближавшихся к первой шеренге британских войск.

– Первая шеренга! Залпом! Огонь!

Сержанты отдавали приказ за приказом, поливая наступающих мощным огнем. Цепь всадников заметно поредела, они дрогнули, но все же продолжали наступать, пока наконец не врезались в плотный строй британских солдат. Те немного отступили, но выровняли строй, отражая атаку примкнутыми к винтовкам штыками. Это оружие в отличие от коротких мечей кочевников позволяло наносить удары с дальнего расстояния, не подпуская к себе дервишей. Второй раз за день воины Салида, теряя инициативу, беспорядочно покидали поле боя. Правда, и британцы несли большие потери, падая под ударами широких мечей.

В этот момент в бой вступила резервная армия Османа Аталана. Он скакал позади Салида и в нужный момент направил несокрушимую лавину своих воинов в самый центр сражения.

– Они прорвали оборону! – пронесся над солдатами вопль отчаяния.

Случилось действительно нечто невообразимое – первые шеренги британских солдат были смяты, опрокинуты и разбиты на отдельные группы, которые уже не могли оказать врагу организованного сопротивления. А дервиши ворвались внутрь каре, кромсая всех направо и налево. Солдаты валились на землю как снопы и гибли под копытами животных.

– Нет Бога, кроме Аллаха! – яростно орали аггагиры, сея вокруг себя смерть.

Почти все подразделения северной группы были разбиты и продолжали сопротивление на свой страх и риск, без единого командования. Казалось, еще немного – и не останется ни одного живого солдата. Пенрод видел, как орда Османа Аталана прорвала цепь обороны, и бросился на помощь соотечественникам. Собрав вокруг себя несколько человек, он попытался организовать оборону.

– Ко мне, парни, – кричал капитан, – спиной к спине, плечом к плечу!

Они сразу узнали его властный голос, сбились в отряд и ощетинились острыми штыками. Остальные офицеры последовали его примеру. Рядом с Пенродом умело действовал Гардинг, собрав вокруг себя человек десять. Два маленьких отряда почувствовали себя более уверенно и вскоре слились в одно подразделение.

Араб на большом черном верблюде, пытаясь сокрушить оборону, успел ударить копьем в живот Гардинга. Тот выронил саблю, схватился обеими руками за копье и стащил дервиша на землю. Они покатились в пыли, а Пенрод, подхватив упавшую саблю Гардинга, воткнул ее между лопаток дервиша. Гардинг попытался встать на ноги, но не смог – мешал застрявший в животе наконечник копья. Он попробовал вырвать его, но зубцы завязли глубоко в теле. Гардинг откинулся на спину и закрыл глаза, прикрывая рану обеими руками.

Пенрод собрал солдат вокруг раненого офицера, защищая его от нападения. Было приятно сжимать привычную рукоятку гусарской сабли. Она мгновенно ожила в твердой руке Пенрода, и когда очередной дервиш набросился на него с широким мечом, капитан ловко отразил удар и убил его, полоснув по шее. Краем глаза он заметил, что солдаты держат оборону, отчаянно орудуя штыками, а руки их обагрены кровью дервишей.