Уилбур Смит - Триумф солнца

– Ты убил его! – воскликнул Райдер, не веря своим глазам.

– Но я же целился, не так ли? – спокойно заметил тот. – Разумеется, убил, черт бы его побрал! – Он отвел затвор и сунул в винтовку еще один патрон. – И покончу с каждым, кто посмеет прикоснуться к моему двигателю.

Во дворе воцарилась непривычная тишина. Исступленные люди, казалось, напрочь забыли о существовании белых владельцев фабрики. А самое главное – забыли, что узники блокгауза вооружены винтовками. Какое-то время они молча таращились на бездыханное тело черного великана, распластанное на грязной земле.

Черная гарпия единственная не утратила контроль над ситуацией. Она выхватила топор у одного из мужчин и бросилась на лежавшую на земле турбину. Одной из многих священных обязанностей суданских женщин была заготовка дров, поэтому они весьма умело обращались с топорами. С первым ударом по металлическому корпусу Джок понял, что старуха хорошо знает свое дело. Она била в одну и ту же точку, причем выбрала самое слабое место, которое он ремонтировал с помощью горелки. Еще несколько таких ударов, и весь его труд пойдет насмарку, а на новый ремонт турбины потребуется немало дней. А если не остановить эту сумасшедшую, она вообще унич– тожит эту часть двигателя, без которой им отсюда не выбраться.

– Хватит терпеть это безумие, – проворчал он, поднимая винтовку.

– Не стреляй! – попытался остановить его Райдер. – Не надо, Джок!

– Слишком поздно, – спокойно ответил тот и нажал на спусковой крючок. Раздался еще один выстрел, и блокгауз вновь затянуло едким дымом.

Пуля попала гарпии в грудь и отбросила на стену, в широко открытом рту застыло последнее проклятие. Потом тело медленно сползло на землю, оставляя на стене кровавый след.

Оставшиеся бунтовщики недоуменно смотрели на два бездыханных тела, а потом стали озираться по сторонам, с опаской поглядывая на амбразуры блокгауза. С перекошенными от страха лицами они ждали следующего выстрела и терзались в догадках, кто будет новой жертвой. Не выдержав напряжения, люди бросились к воротам, сбивая друг друга с ног и стараясь первыми покинуть проклятое место.

– Не давай им остановиться! – воодушевился Райдер и, схватив вторую винтовку, выстрелил поверх голов. Через несколько минут двор фабрики опустел за исключением неподвижных тел нубийца и гарпии.

Райдер осторожно открыл дверь блокгауза и вышел, приказав Ребекке оставаться внутри.

– Сидите здесь с Саффрон, пока мы не убедимся, что вам не угрожает опасность.

Зарядив винтовки, Райдер и Джок прошлись по двору, заглядывая во все щели. Они были готовы в любую минуту применить оружие, но, к счастью, этого не понадобилось. Джок поспешил к паровой турбине, осмотрел метки от топора и, сняв с головы пропитанную маслом кепку, бережно смахнул пыль с металлической поверхности. Убедившись, что серьезного вреда не нанесено, он облегченно вздохнул, поднял турбину обеими руками, как гигант нубиец, и потащил обратно в мастерскую.

Райдер тем временем подошел к двум трупам. Гарпия в черном сидела у стены, выпучив глаза. На мертвом лице застыла смесь удивления и ненависти. Он толкнул ее ногой, и тело повалилось вниз лицом, обнажив на спине огромную рваную рану, куда прошел бы кулак взрослого человека. Нубийца можно было не осматривать – его голова лежала в луже крови, перепачканная собственными мозгами.

– Не одобряю убийства, Джок, но это был неплохой выстрел, – проговорил Райдер и подозвал Башита. – Бросьте тела в реку. Крокодилы о них позаботятся. И не надо никому говорить об этом. Гордон-паша занят своими делами, и не стоит взваливать на него дополнительные проблемы.

Башит собрал людей и потащил трупы к реке, а Райдер вернулся в блокгауз и распахнул дверь.

– Все спокойно, можете выходить.

Первой во двор выскочила Саффрон и пронеслась мимо Райдера в загон для животных. Старый Али лежал у входа в помещение. Девочка наклонилась над ним, глотая слезы. Он любил своих питомцев и был ее лучшим другом. Именно он научил ее обращаться с животными и понимать их нужды. За долгие месяцы осады она не раз видела смерть во всех ее проявлениях, но сейчас не могла сдержать слез у бездыханного тела своего друга. Бунтовщики так сильно били его по голове, что та превратилась в бесформенное месиво, а тело утратило привычные очертания.

– Бедный Али, – прошептала она. – Ты умер, защищая животных. Бог вознаградит тебя за это. – Саффрон подняла с земли окровавленный тюрбан и закрыла его лицо. – Покойся с миром, – добавила она по-арабски.