Эрик Найт - Лесси

Когда человек опять заговорил, его тон был совсем другой.

— Извините, мэдэм, но я только исполняю свою обязанность. Деликатничать нам не приходится. Кругом развелось много бешеных собак, и мы, служащие приемника, должны делать свое дело: отлавливать их. Ради общественной безопасности.

— Вздор! У этой собаки нет никаких признаков водобоязни.

— Нельзя знать, мэдэм. Во всяком случае, собака бродячая, а нам приказано всех бродячих забирать. На ней нет бляхи.

Девушка хотела ответить, но мужчина рядом с ней взял ее под руку.

— Он же прав, Ительда. Нельзя, чтобы у нас тут бегали стаями бездомные собаки. Вы же понимаете, нужен какой-то надзор.

— Совершенно верно, сэр, — сказал ловец собак.

Девушка поглядела вокруг. Поджала губы.

— Хорошо, но не таким же способом осуществлять надзор. Пустите, я сама посажу вам ее в фургон.

— Она у вас убежит, мэдэм.

— Вздор. Встаньте.

— Нам только придется проделать все сначала, мэдэм.

— Встаньте!

Стоявшие на коленях обвели взглядом толпу, будто желая сказать, что, мол, безнадежное это дело спорить с женщиной, когда она забрала себе в голову блажную мысль. Они встали, а девушка опустилась на колени. Лесси почувствовала, как ее коснулись спокойные руки, нежно погладили ее, услышала мягкий, ласковый голос:

— Вот и хорошо. Дайте мне поводок и уберите сетку.

Мужчины подчинились. Девушка осторожно надела Лесси на шею ремень. Одной рукой она ее похлопывала и поглаживала, другой легонько дергала за поводок.

— Ко мне!.. Встать! — сказала она.

Лесси сделала то, к чему ее приучали годами. Она послушалась. Она пошла туда, куда ее мягко повел поводок. Она подошла к фургону. Когда водитель отворил решетчатую дверцу, девушка взяла тощую колли на руки, посадила в кузов, и решетка захлопнулась.

— Ну вот, — сказала она строго. — Вы и с бродячими собаками не должны обращаться, как с дикими зверями.

Она повернулась и пошла прочь, не удостоив взглядом своего спутника.

— Зачем устраивать на людях такие сцены, Ительда? — сказал он наконец.

Ответа не последовало, и они пошли вперед по мосту. Дойдя до половины, спутник поглядел на нее и остановился.

— Простите меня, — сказал он. — Я заслужил, чтобы меня прогнали, как собаку. Вы были великолепны!

Они стояли и молча глядели на хлопотливую реку.

— Странно, почему это так, — сказал он наконец. — Мужчина всегда боится привлекать внимание толпы. Ему часто хочется сделать… ну, что-нибудь вроде того, что сделали вы, а он не делает. Это, верно, особый вид трусости. Женщина храбрей. Вы были великолепны, и это первое, что я должен был сказать.

Девушка провела рукой по его рукаву, как бы в знак понимания.

— Дело не во мне, — сказала она, — дело было в собаке. Знаете, она мне так напомнила Красавицу. Вы помните Красавицу — колли, которую мы держали, когда я была маленькая?

— Ох, верно… а я и забыл. Да, но та была такая величавая, правда, Ительда?

— Эта тоже, Майкл, по-своему. Голодная и тощая, а чем-то она мне напомнила нашу Красавицу. В ней то же величавое терпение и… и… так и кажется, что она многое понимает, и просто преступление, что ей не дано говорить, высказать все словами.

Майкл кивнул головой и вынул свою трубку. Они облокотились на перила.

— Что они с ней сделают? — спросила наконец девушка.

— Кто? Эти душегубы с фургоном?

— Да.

— Ах, отвезут ее в приемник.

— Знаю. Ну, а там что с ними делают, с бродячими собаками?

— Не знаю. Кажется, их там держат… ну, какой-то положенный срок, а потом, если никто за ними не явится, их… ну, разделываются с ними.

— Ее убьют?

— Ах, но вполне гуманным способом. Газовая камера или что-нибудь такое. Говорят, это совершенно безболезненно. Как будто заснул, и все. На этот счет есть закон или какие-то постановления.

— И никто не может ее спасти… то есть если ее владелец не узнает вовремя?

— Думаю, никто.

— А нет такого закона или постановления… что ты можешь прийти в приемник и вытребовать какую-нибудь собаку? Уплатив, конечно, за прокорм и прочее?

Мужчина сделал глубокую затяжку.

— Кажется, есть… Должен быть.

Он поглядел на стоявшую с ним рядом девушку. Улыбнулся.

— Пошли! — сказал он.

Фургон с решетчатой дверцей въехал во двор. Сзади лязгнули чугунные створки в высокой стене. Фургон подкатил задним ходом вплотную к проему поднятого над землею входа.

Лесси спокойно лежала в углу. В фургоне были и другие собаки. Пока их везли по городу, они выражали свой протест громким лаем. Но Лесси всю дорогу пролежала тихо, как пленная королева среди прочих не столь высокородных узников.