Уилбур Смит - Власть меча

Его потащили назад, прочно закрепив повязку на глазах, но как только он уловил запах туши, все повторилось, хотя на этот раз он пробежал всего несколько сотен ярдов, прежде чем тяжесть четверых человек и усталость заставили его остановиться.

Еще дважды мула подтаскивали к мертвому льву, и дважды он убегал, всякий раз на более короткое расстояние, но наконец замер, дрожа всем телом и потея от ужаса и усталости. Тушу подняли, взвалили ему на спину и попытались связать львиные лапы у него под грудью. Это было уж слишком.

С мула опять градом покатился пот; мул вставал на дыбы, лягался, брыкался, пока туша не сползла на землю.

Мула побили. После часа стараний он наконец встал неподвижно, жалобно дрожа, тяжело дыша – бока ходили, как кузнечные мехи, но мертвого льва удалось прочно привязать к его спине.

Когда Лотар взял повод и пошел вперед, мул покорно двинулся за ним вниз, к изгибу реки.

С вершины небольшого лесистого холма Лотар смотрел вниз, на реку Свакоп, на крыши городка и церковный шпиль. Здесь Свакоп изгибалась широкой дугой, и непосредственно под Лотаром видны были три небольших зеленых пруда в желтых песчаных берегах. Река разливалась только в сезон дождей.

Там, внизу, поили лошадей. Их по очереди приводили из огороженного колючими ветками загона, чтобы напоить, прежде чем запереть на ночь. Граф был прав: армейский покупатель выбрал лучших. Лотар жадно следил за ними в бинокль. Мощные, сильные животные, выросшие в пустыне, полные энергии, они толпились и резвились на берегу пруда или катались в песке, выбрасывая ноги в воздух.

Лотар сосредоточился на погонщиках и насчитал пятерых – темнокожих солдат в обычной форме цвета хаки. Он тщетно искал белых офицеров.

– Они могут быть в лагере, – пробормотал он и навел бинокль на несколько коричневых армейских палаток у выгородки для лошадей.

Сзади послышался негромкий свист, и Лотар оглянулся. Хендрик подавал сигналы от подножия холма. Лотар пригнулся, чтобы его не было видно на фоне неба, и начал спускаться. Мул, по-прежнему с окровавленной ношей на спине, стреноженный стоял в тени. Он почти смирился, хотя время от времени непроизвольно вздрагивал и нервно переступал с ноги на ногу. Люди, лежа в тени колючего дерева, ели тушенку из банок. Когда Лотар подошел, Свинья Джон поднялся.

– Ты опоздал, – Лотар схватил его за ворот, подтянул лицо к своему и понюхал.

– Ни капли, мастер, – завыл Свинья Джон. – Клянусь девственностью своей сестры.

– Это нечто мифическое.

Лотар отпустил Свинью Джона и посмотрел на мешок у его ног.

– Двенадцать бутылок, как ты велел.

Лотар развязал мешок и достал бутылку знаменитого капского дымного. Горлышко было запечатано воском, а жидкость, когда он поднес ее к свету, оказалась неприятного темно-коричневого цвета.

– Что узнал в поселке?

Он положил бутылку обратно в мешок.

– В лагере семь погонщиков.

– Я насчитал только пять.

– Семь.

Свинья Джон говорил уверенно, и Лотар хмыкнул.

– Что с офицерами?

– Они вчера уехали в сторону Отваронги за новыми лошадьми.

– Через час стемнеет. – Лотар взглянул на солнце. – Отнеси мешок в лагерь.

– Что мне им сказать?

– Скажи, что продаешь – дешево, потом дай им попробовать бесплатно. Ты известный враль. Наплети им что-нибудь.

– А если они не станут пить?

Лотар посмеялся над таким невероятным предположением и даже не потрудился ответить.

– Я начну действовать, когда луна поднимется над вершинами деревьев. Это даст тебе и твоему бренди четыре часа, чтобы справиться с ними.

Свинья Джон взвалил мешок на плечо. Звякнули бутылки.

– Помни, Свинья Джон: я увижу тебя трезвым или мертвым. Я серьезно.

– Неужели хозяин считает меня скотиной? Разве я не умею пить бренди как джентльмен? – спросил Свинья Джон и с видом оскорбленного достоинства направился к лагерю погонщиков.

Со своего наблюдательного пункта Лотар следил, как Свинья Джон перебрался через сухое русло Свакопа и побрел по противоположному берегу, сгибаясь под тяжестью мешка. У ограды его окликнул часовой, и Лотар в бинокль видел, как они разговаривают; наконец цветной часовой отвел карабин в сторону и заглянул в раскрытый Свиньей Джоном мешок.

Даже на таком расстоянии и в сгущающейся темноте Лотар разглядел, как зубы часового сверкнули в улыбке и как он радостно повернулся и позвал товарищей из палаток лагеря. Подошли двое в нижнем белье, и начался оживленный разговор, сопровождавшийся оживленной жестикуляцией, хлопаньем по плечам, качанием головами. Наконец Свинья Джон сорвал воск с горлышка бутылки и протянул ее солдатам. Бутылка быстро переходила от одного к другому, и каждый на короткое время поднимал ее к небу, как трубач, зовущий в атаку, потом ахал и улыбался сквозь набежавшие на глаза слезы. Наконец Свинью Джона как почетного гостя проводили в лагерь, неся его мешок, и скрылись из поля зрения Лотара.