Уилбур Смит - Власть меча

– Правильный ответ, – сказал Манфред. – Пожалуйста, прикажите поднять на палубу мое снаряжение, капитан.

Они ждали почти полчаса, прежде чем из темноты их окликнул голос:

– Белый меч?

– Сейчас спущусь, – крикнул в ответ Манфред на африкаансе, и к кораблю подошла небольшая открытая рыбацкая лодка с длинными веслами.

Манфред быстро пожал капитану руку и отдал нацистское приветствие: «Хайль Гитлер!»

Потом спустился на нижнюю палубу. Как только деревянный корпус лодки соприкоснулся с кораблем, Манфред легко прыгнул и приземлился на центральную банку.

Гребец на переднем сиденье встал.

– Мэнни, ты?

– Рольф! – Манфред быстро обнял его. – Рад тебя видеть! Давай возьмем на борт мое снаряжение.

Моряки спустили в лодку резиновые контейнеры, их сложили на дне, и лодку сразу оттолкнули. Манфред взялся за весло рядом с Рольфом, они быстро отплыли, потом остановились и смотрели, как подводная лодка исчезает под поверхностью.

Потом снова погребли к берегу, и Манфред негромко спросил:

– Кто остальные?

Он подбородком указал на трех других гребцов.

– Все наши люди – местные фермеры. Я знаю их с детства. Им можно полностью доверять.

Они больше не разговаривали, пока не провели лодку через невысокий прибой к берегу, не вытащили ее на песок и не спрятали в кустах.

– Приведу грузовик, – сказал Рольф, и спустя несколько минут по дороге к берегу спустились желтые огни фар. Рольф остановил потрепанную зеленую четырехтонку у лодки.

Три фермера помогли перенести снаряжение Манфреда в кузов грузовика и накрыли канистры сеном и рваным старым брезентом. Потом сами сели на груз, а Манфред занял пассажирское место в кабине.

– Сначала расскажи о моей семье, – выпалил Манфред. – О деле поговорим потом.

– Дядя Тромп по-прежнему. Какие проповеди он читает! Мы с Сари каждое воскресенье ходим…

– Как Сара? – спросил Манфред. – Как малыш?

– Ты отстал от жизни. Теперь детей трое. Два мальчика и маленькая трехмесячная девочка. Скоро познакомишься с ними.

Они по одному высаживали фермеров на пыльной извилистой дороге и расставались с ними, коротко пожимая руки и благодаря, и наконец Манфред и Рольф остались одни. Через несколько миль у деревни Риверсдейл они выехали на главную береговую дорогу и повернули на запад, к Кейптауну, до которого оставалось двести миль; ехали всю ночь, останавливаясь только для того, чтобы менять друг друга за рулем и для заправки в маленьком городке Свеллендам.

Четыре часа спустя они пересекли горы и по крутой узкой дороге начали спуск к обширной прибрежной низменности. Опять остановились возле одного из кооперативных винных заводов за несколько миль от Стелленбоса. Хотя было три часа утра, управляющий ждал их и помог выгрузить резиновые контейнеры и отнести их в погреб.

– Это Сакки ван Вурен, – представил Рольф управляющего. – Мой хороший друг. Он приготовил надежное укрытие для твоего оборудования.

Управляющий провел их в глубину погреба к последнему ряду массивных деревянных бочек. В каждой было по тысяче галлонов молодого красного вина, но управляющий ладонью постучал по одной из них и улыбнулся. Звук получился гулкий.

– Я сам тут поработал, – сказал он и открыл переднее днище бочки. Оно было подвешено на петлях, как дверь, бочка оказалась пустой. – Здесь вещи никто никогда не найдет.

Они уложили контейнеры в пустую бочку и закрыли днище на петлях. Бочка ничем не отличалась от остальных уложенных в ряд.

– Когда придет время выступить, мы будем готовы, – сказал управляющий Манфреду. – Когда это будет?

– Скоро, мой друг, – пообещал ему Манфред. – Очень скоро.

И они с Рольфом поехали в Стелленбос.

– Приятно вернуться домой.

– Ты проведешь здесь всего одну ночь, Мэнни, – сказал Рольф. – Новая борода и кривой нос не помогут, ты слишком известен. Тебя сразу узнают.

Он остановил грузовик во дворе у мелкого дилера и положил ключ от машины под коврик. Вдвоем они пешком прошли последнюю милю по пустынным улицам к дому Рольфа – коттеджу в ряду таких же небольших коттеджей. Рольф провел Манфреда через заднюю дверь на кухню, и от кухонного стола им навстречу поднялась знакомая фигура.

– Дядя Тромп! – воскликнул Манфред.

Старик раскрыл объятия, и Манфред обнял его.

– Ты настоящий бандит с этой бородой, – рассмеялся дядя Тромп. – Вижу, американец навсегда поправил твой нос.

Манфред посмотрел за плечо дяди Тромпа: в дверях кухни стояла женщина. Это вначале и ввело его в заблуждение – женщина, а не девочка. Лицо ее, измученное и нерадостное, светилось какой-то печальной мудростью.