Жюль Верн - Капитан Немо

Действительно, 17-го утром прошло уже сорок восемь часов с того момента, как «Бонавентур» вышел в море, а до сих пор еще нельзя было сказать, что они находятся недалеко от своего острова. Впрочем, определить на глаз пройденное расстояние было нельзя, потому что за эти двое суток скорость судна и направление ветра часто менялись, к тому же они могли уклониться от курса.

Прошло еще двадцать четыре часа, а на горизонте все еще не было видно земли. Ветер крепчал, начинался шторм. Волны заливали судно, перекатываясь через палубу. Капитан и экипаж сбились с ног, маневрируя парусами, то и дело приходилось брать рифы и лавировать, часто меняя галсы.

Наконец днем 18-го числа «Бонавентур» совсем залило водой, и, если бы пассажиры не приняли должных мер и на всякий случай не привязали себя веревками, их смыло бы волнами с палубы.

В этих условиях Пенкроф и его товарищи, занятые удалением воды, получили совершенно неожиданную помощь от пленника, в котором как будто проснулся инстинкт моряка. Он выскочил из каюты через люк и одним ударом багра выбил часть борта, чтобы скорее стекла вода, залившая палубу. После этого он, не говоря ни слова, опять ушел в каюту.

Пенкроф, Гедеон Спилет и Герберт с удивлением смотрели на него и, конечно, даже не думали ему мешать.

Между тем положение становилось очень опасным, и Пенкроф начал бояться, что они сбились с пути и заблудились в этой огромной безбрежной пустыне, не имея никакой возможности найти дорогу.

Ночь с 18-го на 19-е была темная и холодная. Часам к одиннадцати ветер стих, волнение улеглось, и «Бонавентур», который уже меньше качало, шел гораздо быстрее. Пенкроф был прав, расхваливая свой корабль, – он отлично выдержал очень серьезное испытание.

Ни Пенкроф, ни Гедеон Спилет, ни Герберт, само собой разумеется, и не думали поспать хотя бы один час. Они пристально всматривались в линию горизонта, потому что остров Линкольна должен был быть недалеко. Наверное, он покажется на рассвете, если только «Бонавентур» не уклонился в сторону под ветром… В таком случае было почти невозможно выправить курс…

Пенкроф был сильно встревожен, но все-таки не терял надежды, как человек с твердым характером, много видавший на своем веку и побывавший во всевозможных передрягах. Он стоял у руля и своими зоркими глазами морского волка старался что-нибудь разглядеть в окружавшем его ночном мраке.

Около двух часов ночи он вдруг радостно закричал:

– Огонь! Огонь!

Действительно, милях в двадцати к северо-востоку виднелся яркий свет. Остров Линкольна был близко, и этот сигнальный огонь, несомненно, зажег на берегу Сайрес Смит.

Пенкроф, слишком уклонившийся к северу, повернул руль и стал держать курс на огонь, светивший над горизонтом, словно звезда первой величины.

Возвращение. – Сайрес Смит и незнакомец. – Гавань Воздушного Шара. – Заботы инженера. – Испытание. – Слезы.

На следующий день, 20 октября, в семь часов утра, после четырехдневного плавания, «Бонавентур» тихо причалил к берегу возле устья реки Милосердия.

Сайрес Смит и Наб, очень встревоженные долгим отсутствием своих друзей, опасались, что с ними случилось несчастье в такую ненастную погоду. На рассвете они поднялись на плато Дальнего Вида и наконец увидели на горизонте «Бонавентур».

– Слава богу! Наконец-то они вернулись, – радостно закричал Сайрес Смит.

Наб заплясал от радости, как безумный, он прыгал, кружился и, хлопая в ладоши, восторженно кричал: «Хозяин!.. Хозяин!..»

Инженер, быстро овладев собой, прежде всего пересчитал количество людей, которых можно было уже разглядеть на палубе, и насчитал всего троих, – значит, Пенкрофу так и не удалось найти потерпевшего крушение на острове Табор, а может быть, хотя это и трудно предположить, несчастный отказался ехать с ними и менять одну тюрьму на другую.

Пока судно подходило к берегу, инженер и Наб сбежали с плато, и не успели еще отважные мореплаватели сойти на сушу, как Сайрес Смит уже крикнул им:

– Вы слишком долго не возвращались, друзья мои! Уж не случилось ли с вами какое-нибудь несчастье?

– Нет, – ответил Гедеон Спилет, – наоборот, все удалось отлично. Мы сейчас вам все расскажем.

– Но, – продолжал инженер, – ваша поездка, по-видимому, не имела желаемого результата. Вы как поехали втроем, так и вернулись…

– Нет, мистер Сайрес, – возразил моряк, – нас четверо!

– Неужели вы нашли потерпевшего крушение?