Жюль Верн - Капитан Немо

– Ну, этого еще придется долго ждать! – заметил Пенкроф.

– Природа долговечнее нас и не любит торопиться, – ответил инженер.

– Все это прекрасно! – воскликнул Пенкроф, внимательно слушавший инженера. – Но скажите, пожалуйста, мистер Сайрес, наш остров тоже построен коралловыми полипами?

– Нет, – ответил Смит, – он чисто вулканического происхождения.

– Значит, в один прекрасный день он исчезнет?

– Возможно.

– Надеюсь, что нас здесь к тому времени не будет.

– Успокойтесь, Пенкроф, конечно, не будет, потому что ни у кого из нас нет ни малейшего желания умирать на этом острове, и я думаю, что рано или поздно нам все-таки удастся выбраться отсюда.

– А до тех пор, – сказал Гедеон Спилет, – будем устраиваться на нем, как если бы нам предстояло провести здесь всю нашу жизнь. Никогда ничего не следует делать наполовину.

На этом и прекратился разговор. Завтрак был окончен. Наб быстро уложил в сумку остатки провизии и посуду. Колонисты снялись с бивуака и пошли к болотам.

Это была сплошная топь, тянувшаяся примерно на двадцать квадратных миль. Почва здесь состояла из глинистого ила, смешанного с песком и перегнившими остатками болотных растений. Все болото было покрыто мхом, ряской, камышом и осокой, и только кое-где, как оазисы, виднелись небольшие пространства, покрытые зеленым ковром мягкой густой травы. Местами блестели под лучами солнца замерзшие лужи. Такое огромное болото не могло образоваться ни от дождя, ни от внезапного разлива реки. Могло быть только одно объяснение причины возникновения этого болота: вода просачивалась на поверхность сквозь почву. Так и было в действительности. А раз это так, то было основание опасаться, что во время летней жары воздух в этой местности наполняется миазмами, которые вызывают болотную лихорадку.

Над болотом носились тысячи водяных птиц. Такое место – настоящая находка для охотника, и хороший стрелок здесь не потратил бы даром ни одного выстрела. Дикие утки, чирки, бекасы и болотные кулики то и дело взлетали стаями чуть не из-под ног охотников, которых подпускали к себе очень близко.

Одним выстрелом дробовика можно было бы уложить дюжину этих птиц, – так много было дичи на болоте. Но у охотников, к сожалению, не было ни одного ружья, и они ограничились стрельбой из лука, убивая птиц стрелами.

Такая охота, конечно, не дала особенно блестящих результатов, но имела и свое преимущество – бесшумные стрелы не распугали пернатых, которые при первом же выстреле из ружья разлетелись бы во все концы болота. Охотники удовольствовались на этот раз дюжиной уток, белых с коричневым пояском, зеленой головой, пятнистыми крыльями и плоским клювом. Герберт сказал, что это казарки. Топ тоже принимал деятельное участие в охоте, подбирая подбитых уток, названием которых охотники окрестили эту болотистую часть острова.

Еще одно важное открытие. Колонисты могли в любое время раздобыть здесь дичь, которая считается очень вкусной. Кроме того, можно было надеяться, что многие виды птиц удастся приручить или хотя бы акклиматизировать в окрестностях озера, что значительно приблизит их к потребителям.

Часов около пяти Сайрес Смит и его спутники двинулись в обратный путь и, миновав болото Казарок, опять пересекли реку Милосердия по ледяному мосту. В восемь часов вечера они были уже дома, в Гранитном дворце.

Западни. – Лисицы. – Пекари. – Северо-западный ветер. – Снежная буря. – Корзинщики. – Самые сильные морозы. – Кристаллизация кленового сахара. – Таинственный колодец. – План исследований. – Дробинка.

Сильные холода продолжались до 15 августа, однако температура не опускалась ниже 15 градусов. В тихую безветренную погоду колонисты переносили мороз довольно легко, но, когда начинал дуть холодный ветер, он пронизывал колонистов насквозь, потому что у них не было теплой зимней одежды. Пенкроф очень жалел, что на острове им до сих пор не встретились медведи вместо тюленей и лисиц, шкурки которых его не вполне устраивали.

– Медведям, – рассуждал он, – нечего бояться холодов: у них теплые шубы, и я с удовольствием позаимствовал бы хотя бы одну…

– Но, – возразил, улыбаясь, Наб, – сначала нужно бы спросить медведей, согласятся ли они уступить нам свои шубы… Это ведь не кроткие овечки, с которых можно снимать шубу, не спрашивая их согласия!..

– Если бы они не согласились отдать нам свои шубы добром, мы заставили бы их это сделать силой, – ответил Пенкроф таким уверенным тоном, словно и в самом деле собирался привести в исполнение свою угрозу.