Жан Мольер - Комедии

Эраст.Отлично. Я пока отдам кое-какие распоряжения, а вы пожалуйте прямо в этот дом.

Сбригани.Мы скоро будем у вас.

Эраст (господину де Пурсоньяку). Жду с нетерпением.

Господин де Пурсоньяк (к Сбригани). Право, я никак не рассчитывал на такое знакомство.

Сбригани.Он производит впечатление порядочного человека.

Господин де Пурсоньяк и Сбригани уходят.

Эраст (один). Ну, господин де Пурсоньяк, теперь вы у нас запляшете! Все готово, остается только постучать в эту дверь. Отворите!

Эраст, аптекарь.

Эраст.Если я не ошибаюсь, сударь, вы тот доктор, с которым на днях говорили от моего имени?

Аптекарь.Нет, сударь, я не доктор, мне эта честь не принадлежит; я всего лишь аптекарь, скромный аптекарь, который к вашим услугам.

Эраст.А доктор дома?

Аптекарь.Да, принимает больных. Пойду скажу ему, что вы пожаловали.

Эраст.Не нужно, не ходите. Я подожду, пока он освободится. Его заботам я собираюсь поручить одного моего родственника, о котором с ним уже говорили. Он слегка поврежден в уме, и мы, его родные, хотели бы сначала вылечить его, а потом женить.

Аптекарь.Знаю, знаю, о ком идет речь. Я был у доктора, когда с ним об этом говорили. По чести скажу, по чести скажу, искуснее врача вам не найти! Он знает медицину, как я — «Отче наш», и ни на йоту не отступит от правил, предписанных древними, хотя бы из-за этого больной отправился на тот свет. Да, он всегда идет проторенной дорогой, проторенной дорогой и не станет плутать по нехоженым тропам. Ни за какие блага не согласился бы он лечить больного средствами, которых не предписывают медицинские светила.

Эраст.Правильно делает. Больной не должен хотеть выздороветь, если нет на то соизволения медицинских светил.

Аптекарь.Я так хвалю его не потому, что мы с ним большие друзья. Но, право, одно удовольствие, одно удовольствие быть его пациентом. Я предпочел бы умереть от его лекарств, чем выздороветь от лекарств другого врача. Что бы ни случилось, с ним всегда можно быть уверенным, что все протекает, как должно, и, если даже вы с его врачебной помощью умрете, вашим наследникам не в чем будет вас упрекнуть.

Эраст.Да, это большое утешение для покойника!

Аптекарь.Конечно! По крайней мере, знаешь, что умер по всем правилам. К тому же он не из тех врачей, у которых больные залеживаются, как товар на полке. Он человек проворный, проворный, любит поторапливать больного, и если кому-либо суждено умереть, то он содействует тому, чтобы это случилось как можно скорее.

Эраст.В самом деле, чем скорее, тем лучше.

Аптекарь.Совершенно справедливо. К чему мешкать и ходить вокруг да около? Нужно только сразу определить, долго или не долго протянется болезнь.

Эраст.Вы правы.

Аптекарь.На мою долю выпала особая честь: он лечил у меня троих детей, и в какие-нибудь три дня они уже убрались, а попади они к другому, так мучились бы еще месяца три.

Эраст.Какое счастье иметь таких друзей!

Аптекарь.Еще бы! У меня теперь осталось двое детей, и заботится он о них, как о своих собственных: лечит и распоряжается ими, как ему вздумается, я уж ни во что не вмешиваюсь. Часто бывает так: возвращаюсь домой и с удивлением узнаю, что им пустили кровь или дали слабительное по его предписанию.

Эраст.Поистине дружеские попечения!

Аптекарь.Вот он и сам, вот он и сам, вот он и сам идет!

Те же, первый доктор, крестьянин и крестьянка.

Крестьянин.Сударь! Ему невтерпеж. Очень уж, говорит, сильно болит голова.

Первый доктор.Ваш больной — дурак, тем более что, по Галену {129} , при болезни, которой он страдает, должна болеть не голова, а селезенка.

Крестьянин.Что ни говорите, сударь, а у него вдобавок вот уже шестой месяц как не проходит понос.

Первый доктор.Прекрасно. Это симптом, что внутренности прочищаются. Я навещу его дня через два. Но если он умрет за это время, вы не преминете известить меня об этом, ибо не приличествует врачу посещать мертвеца.

Крестьянин уходит.

Эраст, аптекарь, первый доктор, крестьянка.

Крестьянка (доктору). Сударь! Моему отцу все хуже да хуже.

Первый доктор.Я в этом не виноват. Я пользую его всевозможными средствами, что ж он не выздоравливает? Сколько раз ему отворяли кровь?