Лев Синельников - Сильнее смерти

Т у р б и н. Знаю, картошка варится. И мясом пахнет.

Л е с я. Неужели чувствуете?

Т у р б и н. У меня обоняние, как у гончей. Только нос вот…

Л е с я. А что? Нос вполне симпатичный.

Т у р б и н. Картошка.

Л е с я. Неправда!

Т у р б и н (смотрит вниз) . Погоди, погоди. Что у тебя на ногах?

Л е с я. Ботинки.

Т у р б и н. Чьи?

Л е с я. Сережины.

Т у р б и н. Ты в них работаешь на морозе?

Л е с я. Я обертываю ноги газетами. Несколько слоев…

Т у р б и н. А валенки где?

Леся молчит.

Сменяла на мясо? Значит, будешь есть валенки?

Л е с я. Что вы, Кирилл Степанович! Никто из нас не посмеет. Знаем, с каким трудом валенки нам достали.

Т у р б и н. Где же они?

Л е с я. Теплые вещи собирали для бойцов. Местные жители и полушубки отдавали, и меховые шапки, и ватники, и свитера. Рукавиц и шерстяных носков целую гору. А у нас, киевлян, ничего нет. Мы и решили: отдадим валенки.

Т у р б и н. А вы подумали, что это женские валенки? Никакому бойцу не подойдут.

Л е с я. Подойдут! Сестричкам фронтовым.

Т у р б и н. Сестричкам? Да…

Л е с я. Ну конечно. Они ведь жизнью рискуют.

Т у р б и н. А вы? Где твоя напарница? Вчера прямо с платформы отправили в больницу. Двусторонняя пневмония. Едва откачали.

Л е с я. Кирилл Степанович, не смотрите на меня так. Я не привыкла видеть вас сердитым.

Т у р б и н. Сердитым… Да разве можно сердиться на тебя. (Прикасается к ее щеке.) Обмороженные. (Берет ее руку.) Кожа потрескалась… Почему не смазываешь? Выдали вам жир, я проверял.

Л е с я. А мы его на хлеб.

Т у р б и н. Разве он съедобный?

Л е с я. Съели — и ничего.

Т у р б и н (ласково) . Эх ты, чижик…

Л е с я. Вы не ошиблись. Взмахну крыльями и полечу.

Т у р б и н. Только не улетай далеко. Нам без тебя грустно будет.

Л е с я. А нам — без вас. Дома редко-редко ночуете. Раньше я хоть в цехе вас видела. Зайдете к нам в ОТК… Пошутите… Смешную историю расскажете… И жить становится веселее. Правда, на меня вы меньше всего обращали внимание.

Т у р б и н. Была причина.

Л е с я. Какая?

Т у р б и н. Все-таки жилица. Почти родня…

Л е с я. Неправда. Я некрасивая. (С улыбкой.) Но умная. Должна была поступить в университет. Сейчас вам открою секрет.

Т у р б и н. Весь внимание.

Л е с я. Я веду дневник. После войны напишу книгу.

Т у р б и н. О чем?

Л е с я. Как мы приехали в этот городок, где вместо тротуаров доски и почти нет мощеных улиц. Как начали работать в цехах под звездным небом. Но не всегда оно было звездным. Часто дожди. Потом — мокрый снег. А люди не выключали станков. Как начальник цеха, которому месяцами некогда было спать, научился дремать на ногах. Остановится посреди участка и засыпает. Шум не действует. Но если вдруг перестанет работать хоть один станок, немедленно просыпается. Если останетесь, я прочту.

Т у р б и н. Не могу. В цехе много дел.

Л е с я. Но без ужина мы вас не отпустим. Я хочу платье надеть, в котором на выпускном вечере была. Быстренько ушью и надену. Я шить умею. И вкусные блюда готовить — было бы из чего. Летом убедитесь. Говорят, грибов у вас в лесах — уйма?

Т у р б и н. Да еще какие. Десять штук — ведро. И наклоняться не нужно. Сами в руки прыгают.

Л е с я. Кирилл Степанович, я серьезно.

Т у р б и н. И я серьезно. А ягоды! Брусника, черника. Стоим, бывало, возле зарослей малины и чавкаем. С одной стороны — я. С другой — медведь.

Л е с я. У вас никогда не поймешь, правду вы говорите или шутите.

Т у р б и н. Всегда — правду.

Л е с я. А разве можно белке в глаз попасть? Вы рассказывали…

Т у р б и н. Конечно. Я потомственный охотник. В финскую был снайпером.

Л е с я. А до финской?

Т у р б и н. Фрезеровщиком на этом заводе.

Л е с я. Почему не учились?

Т у р б и н. Мать на моем иждивении.

Л е с я. Сколько ей?

Т у р б и н. Шестьдесят пять.

Л е с я. Почему она не с вами?

Т у р б и н. Живет в селе у сестры. У той своя коза.

Л е с я. А характер у мамы ваш?

Т у р б и н. Мой. Трудный.

Л е с я. Неправда. Вы добрый.

Т у р б и н. Заблуждаешься.

Л е с я. Не только я так думаю. И другие девушки. Многие просто влюблены в вас.

Т у р б и н. Кому я нужен? Хромой. К тому же и конопатый.

Л е с я. У вас симпатичные веснушки.

Т у р б и н. Храплю по ночам.

Л е с я. Вот уж совсем неправда! Вы пришли однажды бледный-бледный… И не пошутили даже со мной. Я не могла заснуть. Стало страшно. Подошла. Приоткрыла дверь в вашу комнату.

Т у р б и н. Нет, воробышек, я тогда не спал. Слышал, как скрипнула дверь. Подумал: Буран тычется носом. Спрашивает, можно ли войти… Что ты еще хочешь мне сказать?