Драмы и комедии

Г а н н а Я к о в л е в н а. Правда, и я не спала. Наволновалась вчера.

Г у д о в и ч. Чего же волноваться? Все обошлось хорошо.

Г а н н а Я к о в л е в н а. Приятные волнения тоже спать не дают. Ты же знаешь, как я всегда переживаю и твои успехи и твои неудачи.

Г у д о в и ч. Одно место в арии все никак мне не давалось. А тут вдруг пришло в голову. Прийти-то пришло, а уйти никак не уходит. Я и так, я и этак ворочался — не могу уснуть, и крышка. Пришлось встать, записать. Записал, лег и сразу уснул.

Г а н н а Я к о в л е в н а. Отдохнуть тебе надо, Павлуша. Не бережешь ты себя.

Г у д о в и ч. Закончу, тогда отдохну.

Г а н н а Я к о в л е в н а. Когда это будет? И лето пройдет. В дождь и холод — что за отдых.

Г у д о в и ч. Ты не забывай, что у меня договор с театром. К первому августа я должен сдать клавир.

Г а н н а Я к о в л е в н а. Сдашь на месяц позже, подождут.

Г у д о в и ч. Теперь это мне не к лицу. Читала в газете: «Заслуженный деятель искусств композитор Гудович работает над новой оперой «Счастливая доля». Советская общественность с интересом ожидает новое произведение талантливого композитора». Слышала? (Проникновенно, с ударением.) Советская общественность ожидает. Народ ожидает. Так скажи, разве я могу подводить людей, которые вчера так тепло меня принимали?

Г а н н а Я к о в л е в н а. Вот как свалишься с ног, так и подведешь.

Г у д о в и ч. Отчего это я буду валиться с ног?

Г а н н а Я к о в л е в н а. Оттого, что ты болен.

Г у д о в и ч. Что-то я этого не замечаю.

Г а н н а Я к о в л е в н а. А давно ли ты жаловался, что у тебя сердце болит?

Г у д о в и ч. Сердце — это не в счет. Да когда это было, что я жаловался? Тогда, когда не работал. От этого оно и болело. А теперь я здоров, матушка. Здоров как бык.

Г а н н а Я к о в л е в н а. Храбришься.

Г у д о в и ч. Вот закончу оперу, а тогда и отдохнуть можно. В Крым или на Кавказ. В Кисловодске хорошо осенью. В горах чистый воздух, у тебя чистая совесть, — отдыхай сколько душе угодно. Заодно и в нарзанчике помокнем, сердце подлечим.

Г а н н а Я к о в л е в н а. А Шкуранков в Сочи собирается. Путевку уже получил.

Г у д о в и ч. Шкуранков мне не указ. У него свой «Призрак счастья», а у меня своя «Счастливая доля».

Г а н н а Я к о в л е в н а. Не любит он тебя.

Г у д о в и ч. Знаю. Вчера поздравил, словно подал три гроша.

Г а н н а Я к о в л е в н а. Сидя в зале, все реплики бросал во время действия. «Агитка, говорит. Не признаю такой музыки». Я едва сдержалась.

Г у д о в и ч. А ты не волнуйся. Пускай не признает, лишь бы меня признавал народ.

Г а н н а Я к о в л е в н а. Тебе, может быть, стоило бы изменить название. Он говорит, что ты у него тему украл и даже название заимствовал.

Г у д о в и ч. Пускай говорит, что хочет. Тема счастья не ему принадлежит, это извечная народная тема. Он написал оперу о том, как народ мечтал о счастье, но не нашел его, а моя опера о том, как народ добыл это счастье благодаря Советской власти. Это не призрачный цветок папоротника, а реальные плоды, питающие тело и душу народа.

Г а н н а Я к о в л е в н а. Все это хорошо, но об отдыхе надо все-таки подумать. Не нравится мне твой вид.

Г у д о в и ч. Про вид мы подумаем немного погодя, а теперь — работать. (Напевая что-то под нос, идет в соседнюю комнату.)

Г а н н а Я к о в л е в н а (качает вслед ему головой) . Ну, пошел… (Стирает пыль с фикусов.)

Из соседней комнаты доносятся звуки музыки. Повторяются варианты одной и той же мелодии. Гудович работает. Легкий стук в дверь. Ганна Яковлевна, не откликаясь, идет к дверям, открывает. На пороге появляется Б р о н я.

Б р о н я. Добрый день, тетя.

Г а н н а Я к о в л е в н а. Тсс… (Кивает головой в сторону соседней комнаты.) Рано что-то в гости пришла.

Б р о н я. На работу иду. Забежала узнать, как вы себя чувствуете после вчерашнего.

Г а н н а Я к о в л е в н а. Да как чувствуем… Павел Андреевич не спал всю ночь.

Б р о н я. Переволновался, верно, вчера.

Г а н н а Я к о в л е в н а. Конечно. Некоторые шептуны провал пророчили, а тут — успех.

Б р о н я. Да еще какой успех!

Г а н н а Я к о в л е в н а. Вот нервы и расходились.

Б р о н я. На сердце не жаловался?

Г а н н а Я к о в л е в н а. Храбрится, не сознается.

Б р о н я. А я ему порошки принесла.

Г а н н а Я к о в л е в н а. Уговариваю, чтоб в отпуск шел, так и слушать не желает.

Б р о н я. А куда отдыхать?

Г а н н а Я к о в л е в н а. Еще не внаем. Закончит оперу, тогда подумаем.

Б р о н я. Возьмите и меня с собой.

Г а н н а Я к о в л е в н а. Да уж… возьмем тебя, сироту.