Драмы и комедии

П а в л и н а. Я хотела проверить, правда ли то, что о ваших доходах люди говорят.

П ы т л е в а н ы й. Вот с какими хитростями вы подъезжаете!

Т у м и л о в и ч. Это она по старой партизанской привычке — в разведку ходила.

П ы т л е в а н ы й. По твоему заданию?

Т у м и л о в и ч. Нет, по своей инициативе.

П ы т л е в а н ы й. А теперь начнется атака?

Т у м и л о в и ч. Похоже на это.

П ы т л е в а н ы й. Что ж, начинайте, будем отбиваться.

Т у м и л о в и ч. Нам думается, что вас немного перехвалили, Макар Филиппович.

П а в л и н а. Не немного, а здорово перехвалили.

П ы т л е в а н ы й. Вот как. Перехвалили, значит? Кто же меня перехвалил?

Т у м и л о в и ч. И то, что ты говорил, когда приезжал к нам…

П ы т л е в а н ы й. Все брехня?

Т у м и л о в и ч. Да как тебе сказать… Может, оно и правда…

Н а с т я. Да не вся…

Т у м и л о в и ч. Да, далеко не вся…

П ы т л е в а н ы й. Выкладывайте тогда всю.

Т у м и л о в и ч. Трудодень у вас немалый — это правда.

П ы т л е в а н ы й (подсказывает) . Колхозники живут зажиточно — это тоже правда.

Т у м и л о в и ч. А вот колхоз ваш бедный!

Здоровеня подмигивает Бондарчику: «Слушай!»

П ы т л е в а н ы й. Вот тебе и на! Как же это выходит: колхозники богаты, а колхоз бедный!

Т у м и л о в и ч. Так и выходит. Во всяком случае, беднее нашего.

Н а с т я. Мы тут с Иваном Михайловичем прикидывали. Выходит, что наше общественное хозяйство покрепче вашего.

Т у м и л о в и ч. Трудодень-то вы подняли, а общественное хозяйство запустили.

Н а с т я. Этак и у нас бы вышло около четырех килограммов. А мы вон сколько хлеба на строительство отдали.

Т у м и л о в и ч. Да и в МТС шестьдесят семь тонн, а вы всего тридцать.

П ы т л е в а н ы й. Я добром не бросаюсь. Вы хотите, чтобы МТС за вас всю работу делала, а я стараюсь своими силами управиться.

Т у м и л о в и ч. Фермы мы осматривали… Они-то укомплектованы, да это еще телята да поросята. Им еще расти и расти.

П ы т л е в а н ы й. Вырастут. Мы много скота продали в прошлом году.

П а в л и н а. Я и то гляжу, что всю свиноферму можно в подол забрать.

П ы т л е в а н ы й. Широкий у тебя подол, молодка.

Т у м и л о в и ч. Телят закупили по контрактации, а ставить их некуда. Так они и остались зимовать в хлевах колхозников. Вид у них неважный.

Н а с т я. Известно, какое же им удобство в худом хлеву.

П а в л и н а. Зато у них бык миллионер.

П ы т л е в а н ы й. Пристала ты к этому быку, как пьяный к забору.

Т у м и л о в и ч. Быки важные, ничего не скажешь. Берешь ты за них, Макар Филиппович, полной горстью. Но и деньги — все по карманам распределили.

П ы т л е в а н ы й. А что? Имеем право. С государством рассчитались полностью. Теперь своим добром распоряжаемся, как хотим.

Т у м и л о в и ч. Бухгалтер вот жалуется, что не на что удобрения выкупить.

П ы т л е в а н ы й. Давай, давай, критикуй. Я уже разом на все отвечу.

Н а с т я. И живете некультурно. Клуба нет, радио нет, электричества тоже…

П ы т л е в а н ы й. Дорогие все это игрушки.

П а в л и н а. Рассказывают, когда-то шляхта так жила: насыплет шляхтич закром жита, напихает чулок денег, а дети неграмотные и сам мякину ест.

П ы т л е в а н ы й. Ты моего хлеба еще не пробовала, может, он без мякины.

П а в л и н а. Не больно тут и попробуешь.

П ы т л е в а н ы й. Ну, вы все выложили?

Т у м и л о в и ч. Да, пожалуй, что и все.

П ы т л е в а н ы й. Выходит — мой колхоз вам не нравится?

Т у м и л о в и ч. Ты же слышал нашу критику.

П ы т л е в а н ы й. Ваш лучше?

П а в л и н а. Есть о чем говорить!

Н а с т я. Я-то не променяю своего на ваш.

П ы т л е в а н ы й. Ну что ж, не меняете, не надо. Останемся при своих. Давайте лучше пойдем ко мне да попробуем моей мякины. А этот напрасный разговор кончим. Каждому свой лучше.

Н а с т я. Как это кончим! Я не согласна, Макар Филиппович. Не для того мы этот разговор начинали, чтобы вот так ничем окончить. Для меня — это разговор о моей судьбе, о том, буду ли я жить с любимым человеком. Да и не только меня касается этот разговор. Он всех нас касается. Он и вас касается, Макар Филиппович. Человеку нужны крылья, чтобы он мог взлетать все выше и выше. А вы со своими взглядами, своими порядками подрезаете ему эти крылья. План — это для вас бумажка, клуб — игрушка. Человек стремится к свету, а вы говорите — сало ешь. Вот приехала я к вам и как в глухую стену уперлась. Нет здесь простора для моей мечты. А без этого разве можно быть счастливым?

Т у м и л о в и ч. Я тоже не собираюсь кончать этот разговор.

П ы т л е в а н ы й. А чего ты еще хочешь? Жениха? Забирай. Только прямо скажу: дурень будет, если пойдет. От добра добра не ищут.