Александр Мишарин - Серебряная свадьба

Н и к и т а (кричит) . Все! К черту! (Застыл.)

Тихо в комнате.

А ведь мы когда-то надеялись спасти мир. А чем все кончилось? (Глухо.) Ну, что стоите? Катитесь вы все… к такой-то матери!

Резко, начальственно зазвонил телефон. Никита со злостью поднял трубку.

Ну! Да платил я, платил! Какой непорядок. При чем тут порядок? А между прочим, наша страна создана не для порядка, а для свободы. Да, да! Для нее одной! А порядок, кстати, по Марксу — форма буржуазная. (Вдруг захохотал.) Я не хулиган, девочка! И никуда сообщать не следует, потому что там тоже читали Маркса. Кстати, вам сколько лет?.. Нет, просто очень приятный голос…

Катя, не выдержав, быстро вышла из комнаты, за ней — Николас, Грач, подняв чемоданы, внимательно посмотрев на Никиту, тоже вышел из комнаты. Тоня стоит, замкнувшись, слушает.

(Продолжает.) Нет, девушка, я не сумасшедший. Как я выгляжу? Могучий мужик. Вчера, например, шкаф за трояк донес. По голосу не скажешь? Нет, не себе… Просто вижу, есть возможность заработать…

Тоня резко повернулась и выбежала из комнаты. Николас хочет попрощаться, но Катя хватает его за плечо, выталкивает из комнаты и уходит сама. Грач просовывает голову.

Г р а ч (громким шепотом) . Я только туда и обратно. Искать так искать.

Н и к и т а (машет ему рукой, мол, закрой дверь. В трубку все веселей, все громче) . Конечно! Индийские фильмы — моя страсть! В Доме кино я бываю! Почему не может быть? Я же в рыбной промышленности работаю! Нет, не в «Океане». Выше. А городской номер какой у вас? Записываю, записываю… (Говорит по телефону, но весь там, в коридоре, и, когда услышал стук закрывшейся за друзьями двери, как-то тоскливо ойкнул и тут же со злостью брякнул трубку о рычаг.)

Пауза.

(Еле слышно.) Тоня?..

Никто не ответил.

Пауза.

Все правильно… Все правильно…

За окном, в осеннем городе, сначала тихо, потом все настойчивее шумит октябрьский дождь. Никита садится на тахту. Потом вскакивает и начинает метаться по комнате, переворачивая все. Летят в воздух листы, сумки, рубахи, книги. Он не замечает, как в комнате появляется Т о н я.

Т о н я. Ты что? Потерял чего?

Никита не отвечает, не замечает, как Тоня подбирает за ним вещи, потом она уже, не обращая на него внимания, подбирает фотолисты и начинает развешивать их на стене. Той стене, что раньше была оранжевой, залитой солнцем. Она развешивает эти порванные листы как хозяйка будущего дома. Просто как ребенок складывает кубики, как девушка вырезает от нечего делать коллаж из модного журнала. Но когда все листы развешаны, когда этот сегодняшний Апокалипсис нашел свою единственную форму, в этот момент Никита поднимает голову.

Видишь, как красиво!

Никита шарахнулся прочь от стены. Через всю стену проступает еле угадываемая полутень вмерзшей в воздух бегущей старухи в длинной черной одежде. Старухи, пытавшейся остановить его, Никиту. Но не разобрать лица этой старой женщины.

Н и к и т а (кричит, показывая на стену) . Нет! Нет! Это не я! Я не хотел!

Т о н я (испуганно, делает шаг назад) . Чего ты? Я в кино еще не то видела.

Н и к и т а (захлебывается в крике) . Не надо! Ты видела?! Вы все теперешние?! Все видели?!

Телефонный звонок.

(Робко.) Вас слушаю… Катя? Что? (Замер. Мертвым голосом.) Ты нашла коричневую тетрадь? У Лизы в кроватке? (Кричит.) Порви их! Уничтожь! Сейчас же! Увезешь их с собой? Используешь? Ты понимаешь, что сделаешь?! Дура! Катя, милая! Остановись!.. (Замер.) Выключили-таки. Отключили! (Замер. Тоне.) Ее надо остановить! (Бросился к двери и вдруг, схватившись за грудь, словно напоровшись на копье, согнулся, замерев.)

Т о н я. Сердце?

Н и к и т а. Беги! На аэродром!

Т о н я. Пусть катятся. Где лекарство?

Н и к и т а. Беги! Это важнее. Черт со мной…

Т о н я (дает ему лекарство) . Ты ляг.

Н и к и т а (разворачиваясь на нее всем корпусом, свистящим шепотом) . Ну чем? Чем тебя пронять?!

Т о н я. Я не успею.

Н и к и т а. Беги! К любому таксисту. К милиционеру. Хоть к самому дьяволу! Но останови. Это же самое страшное — бабья месть. Я же ее знаю. (Упал на тахту.)

Тоня в панике, но Никита из последних сил показывает ей на дверь. Тоня, решившись, пулей вылетает из квартиры.

Никита лежит полумертвый под «Апокалипсисом», и такая тишина, что, кажется, слышно, как дышит дождь.

Кто-то своим ключом открывает дверь и, тяжело дыша, входит в квартиру.