Александр Мишарин - Серебряная свадьба

Н и к о л а с (в сердцах) . Где там? С кем там?!

Н и к и т а (опешив) . Ты же рассказывал, какие там лаборатории. В больших концернах. На металлургических заводах…

Н и к о л а с. Вы даже бумаги от академии не могли добиться. Хотя бы кисло-сладкой.

Н и к и т а (виновато) . Нет. А она бы помогла?

Н и к о л а с (махнул рукой) . Там помогает только то, что можно пощупать руками. А как ты дошел, как мучился, с кем и где — это никого не волнует.

Н и к и т а. Но ведь у тебя диплом.

Николас отмахнулся.

Пауза.

Ты же все-таки опытный, широкообразованный химик.

Н и к о л а с. Для городской канализации.

Н и к и т а. Что это на тебе за нелепый свитер?

Н и к о л а с. Мама связала. (Поморщился.) Печально другое, — если мое чутье уже отказывает мне, значит, дальше будет хуже!

Н и к и т а. Не жалей ты так себя!

Н и к о л а с (тихо) . Прости, сейчас. Только Кате ничего не говори.

Н и к и т а (сочувствуя) . Куда же вам еще Лизу?

Н и к о л а с. Неужели ничего? Совсем ничего нет в моей разработке? Тебе же иногда приходит. Я же помню. (Стукнул по столу.) Какой мозг погубить! Что ты сделал! Что за проклятие такое — эта водка?!

Н и к и т а (в нерешительности) . Конечно, если тебе…

Н и к о л а с. Что? Что мне? Ну говори, что ты хотел сказать?..

Н и к и т а (отодвигается от него) . Знаешь… у меня есть одна тетрадка… Там всякие заметки, кое-какие расчеты… Нет, не про очистку. А так, необязательная игра ума.

Н и к о л а с (неуверенно) . Но это же твоя тетрадка…

Н и к и т а (въедливо) . Но ты же взял у меня жену? Требуешь дочь! Дарить так дарить. До кучи, как говорится!

Н и к о л а с (посмотрел на него) . Иногда мне кажется, что тебе ничего не нужно. Это даже завидно.

Н и к и т а (тихо) . Мне все нужно, как любому человеку. Но еще нужна одна малость… Чтобы я мог уважать себя.

Н и к о л а с. Это слишком широкое понятие.

Н и к и т а. Или хотя бы не стыдиться себя.

Н и к о л а с. Когда-то ты доверял мне.

Н и к и т а. Бери тетрадку. Я сейчас ее… (Открывает свой чемодан. Во время следующего разговора ищет.)

Н и к о л а с (пытается остановить) . Я еще не так опустился. И для такой работы нужны другие условия, чем те, что будут у меня.

Н и к и т а. А родственники?

Н и к о л а с (развел руками) . Как я могу у них что-нибудь просить? Мне было стыдно спать до семи часов, зная, что они уже два часа как в поле — все! От стариков до детей!

Н и к и т а (остановился) . Большой грех на моей душе! Но ты когда-нибудь простишь меня, Николас. (Тихо.) Именно ты!

Н и к о л а с (не поняв) . О чем ты? Какой грех?

Н и к и т а (вскочил) . А про Катьку ты забыл?! Не один едешь! С бабой! Да еще с какой! Да Катька из того же Грача президента бы США сделала! А уж из тебя! С твоей-то головой! Вырвал! Вырвал ты из моих рук Жар-птицу!

Н и к о л а с (растерянно) . Она сама… И ты…

Н и к и т а (шепотом) . Знаю… Все знаю! Она — женщина! Разрушительница! Исчадие ада! Ей нужен весь мир, все тряпки, все великие стены, все благовония, всех мужчин…

Н и к о л а с (неуверенно) . Ты все-таки пьян.

Н и к и т а (добивая) . Знаешь, как в житиях святых написано, откуда черт появился? Бог на восьмой день устал переделывать мир, отерся тряпицей и бросил ее, мокрую от пота, на землю. Вот из этой тряпки и возник черт. А уж у кого, у кого, как не у русской бабы, этой усталости до кровавого пота хватает?! (Снова ищет. Закрывает чемодан, ничего не найдя. Сидит в растерянности.)

Николас удивлен.

Пауза.

Н и к о л а с. А ведь ты что-то знаешь… Что-то ты рассмотрел в моей работе.

Н и к и т а. Линейные структуры не приводят к глобальным открытиям! Так же, как и жизнь не линейна. Она только прикидывается последовательной, а сама прерывиста и скачуща. Как пьяный осел! Вроде меня.

Н и к о л а с (быстро) . А если бы я остался? Ты… бы…

Н и к и т а. Нет!

Н и к о л а с. Было бы больше шансов добиться…

Н и к и т а. Ты посмотри на меня. Доброкачественны только твои джинсы! (Снова начинает рыться. Боится поверить, что тетради нет.)

Н и к о л а с (опомнившись) . Да, конечно… Это невозможно. Я так… чисто теоретически…

Н и к и т а (замер) . Это прекрасно, что в молодости легко сходишься с людьми, с тобой, например. Потом семья. Работа. Суета. Годы. Бессонница. Может быть, все это и нужно. До какого-то дня…

Николас делает вид, что слушает, хотя сам далеко.

Понимаешь, нужна вторая смелость. Первая — это когда мы входим в жизнь. Но это была не смелость, а так… Все было легко — мысленно, с прибаутками, хохмами, иронией. С ощущением, что вся жизнь впереди. Юношеская дрожь тщеславия.