Александр Мишарин - Серебряная свадьба

Я к у н и н а. Вы даже знаете, что творится в институте?

Д м и т р и й М и х а й л о в и ч (резко) . Вы снова заигрываете с военными? Притом не они с вами, а именно вы!

Я к у н и н а. Кто же это вам все сообщает? Уж не баба ли Шура?

Д м и т р и й М и х а й л о в и ч. Гедройц. Он звонит мне утром… Каждый день! Утром и перед сном.

Я к у н и н а. Кто?! Гедройц? Нет!

Д м и т р и й М и х а й л о в и ч. (Пауза.) Я приютил его еще в Ташкенте, в двадцать пятом. Ему было шесть лет! И первым делом он стащил у меня золотой брегет. (Пауза.) Кстати, он до сих пор носит его?

Я к у н и н а (не сразу) . А почему не сделать все проще? Узнавать все от меня? Все-таки я… директор, так сказать?

Д м и т р и й М и х а й л о в и ч. Я — не Глеб! (Молчит.) Для меня вы — совершенно посторонний человек. Глеб ввел вас в нашу семью. Покойная моя супруга как-то привела вас в божеский вид… Ну а дальше? Только Глеб был — «Ваш раб! Ваш царь! Ваш червь! Ваш Бог!». (Резко.) А я не люблю незнакомых людей… Я как у Диккенса! Помните, Вортвуд все твердит — «слепой, слепой, слепой…»?

Я к у н и н а (неожиданно мягко) . Меня беспокоит здоровье Арсения, Ларса! Он слишком много работает… Последнее время, с отцом, они пошли на что-то опасное для жизни… А для мальчика такое…

Д м и т р и й М и х а й л о в и ч (отмахнулся) . Знаю! Знаю! Это же он сейчас при дисплее? Слышите?.. Нет! Здесь я вам не помощник! Мальчик работает!

Пауза.

Я к у н и н а. Почему вы, когда умер Глеб… сказали ему: «Это не самое страшное… сынок»?..

Д м и т р и й М и х а й л о в и ч (напрягся) . Это… не для вас! Это — лишнее!

Пауза. Якунина встала. Прошлась. Неожиданно властно.

Я к у н и н а. Разрешите, я посмотрю ваши формулы на стенах?

Д м и т р и й М и х а й л о в и ч. Уже донесли? (Молчит.) Нет, конечно! Нельзя!

Я к у н и н а (настойчиво) . Я хочу! Их видеть!

Д м и т р и й М и х а й л о в и ч. А я не пущу вас…

Пауза.

Якунина решительно подходит к двери столовой и запирает ее на ключ.

(От изумления — еле слышно.) Гедройц! Шура!

Якунина молча отодвигает с дороги его инвалидную коляску и проходит в глубь комнат Дмитрия Михайловича.

(Тихо.) «Кадавр». (Громче.) Стерва! (Кричит.) Ничтожество!

Слышно, как в дверь столовой все настойчивее начинают рваться люди. Голоса — сначала бабы Шуры, потом Ларса. Его голос становится все истеричней.

Л а р с (кричит из-за двери) . Мать! Что ты там творишь?! Это же Якунин! Сам! Дед! Отец убил бы тебя! Открой сейчас же! Открой! Я высажу эту дверь.

Но многопудовая дверь и не думает поддаваться натиску хилого Ларса и древней старухи.

(Кричит.) Я подожгу дом!

Я к у н и н а возвращается в столовую. Долго смотрит на старика. Потом в задумчивости, как бы между прочим, отвечает сыну — через дверь.

Я к у н и н а. Поджигай! Этот дом давно стоит того, чтобы его подожгли! ( Показывает старику бумагу.) Эта формула. И у нас! На стене?! Ну? Почему вы молчите?

Д м и т р и й М и х а й л о в и ч (усмехается) . А это не требует ответа! Вы, кажется, сами все поняли? Или — нет? (Не сразу.) Только учтите… Глеб умер, как только попытался экспериментировать с ней. Вы понимаете, что здесь — решение одно? Крайняя мера! Как говорится — «смертию смерть поправ»! (Хохочет.)

Я к у н и н а. Смерть — экспериментатора?

Д м и т р и й М и х а й л о в и ч (делово, задумчиво) . Скорее всего! Или… генетически близкого человека!

Я к у н и н а (быстро, с пониманием сказанного) . А сроки?

Д м и т р и й М и х а й л о в и ч. Самые ограниченные!

Я к у н и н а. А выигрыш?

Д м и т р и й М и х а й л о в и ч. Это наука, а не тотализатор!

Я к у н и н а. И все-таки?

Д м и т р и й М и х а й л о в и ч. Банальное… воскрешение!

Я к у н и н а (не сразу, почти спокойно, даже обыденно) . Это уже… что-то!

Якунина задумчиво подходит к двери, открывает замок. Врываются Л а р с и б а б а Ш у р а с кочергой в руке.

Д м и т р и й М и х а й л о в и ч (с усмешкой) . А весь спектакль можно было провести и потише!

Я к у н и н а (подходит к телефону) . Янко? Ирина Ильинична? Я прошу приехать к нам. Нет! Сразу! И не одной! Для вас здесь есть пациент! И не дай вам Бог — не успеть! (Кладет трубку.)

Л а р с. Деда?! Академика? (Хохочет.) Всемирно известного ученого… Туда?! Мать! Мать… Ты что? Рехнулась?

Слышен шум работающего дисплея.

Я к у н и н а (про себя) . У тебя очень работоспособная жена? Да… (Пауза.) Она будет навещать тебя по всем разрешенным дням!