Лопе де Вега - Том 3

И тетушка дала сама
Согласье.

Я сойду с ума!

Зачем же? Все не так уж худо!
Ах, как я врал!

О чем, Марин?

О том, что все подряд девицы
Мечтают с вами окрутиться,
А вы, мой добрый господин,
Вы целомудренно и кротко
Сопротивлялись, чтоб не пасть;
Как отомстила вам за страсть
Одна зловредная красотка:
Околдовала вас она,
И вот у вас одно спасенье —
Безгрешное благословенье,
Которое вам дать должна
Невинная девица.

Значит,
Моя Фульхенсия…

Вот-вот!
Дон Телио с утра уйдет,
И той, которую он прячет,
Вы скажете: «Благослови,
Фульхенсия, меня!»

Потеха!
Умру, Марин, умру от смеха!
Друг! Я теперь в ее любви
Уверен.

Так определенно
Вас обнадежили?

Вполне!
Я умолял позволить мне
Писать ей письма, — благосклонно
Она позволила.

Сеньор!
Пишите чаще ей, а там уж
Она, глядишь, и выйдет замуж,
А вы — терпите до тех пор.
Жена спасет вас от кокеток,
Они, по вашим же словам,
Давно осточертели вам,
Они и так, и сяк, и этак
Тиранят вас наперебой.
Фульхенсия скромна, стыдлива,
Богобоязненна на диво
И будет верной вам рабой.
Лишь сумасшедший жаждет ласки
Тех перезрелых сеньорит,
Кто всем любовь свою дарит
И всем повесам строит глазки.
Зачем на радость дуракам
Соперникам — а их ведь сотни! —
Вам забираться в подворотни
И прятаться по чердакам
От писаря и альгуасила,
Когда вы по уши в долгах
И вновь продулись в пух и прах,
Как легкомысленный кутила?
Любая дама средних лет,
Любая дерзкая девчонка
Вас вновь ощиплет как цыпленка
И, так сказать, сведет на нет.
Фульхенсия — спасенье ваше,
Небесный ангел во плоти;
Дай бог ее вам обрести,
И дом ваш будет полной чашей.
К тому ж сундук, и не один,
Приданого…

Ах, бога ради,
Чтоб только не дошло до дяди,—
Пожалуйста, молчи, Марин!
Никто не должен знать про это.

Сеньор! Поверьте мне: я нем
Как рыба.

Не болтай ни с кем.
О как я жду ее ответа!..

Договориться вам пора.

Она души моей царица!

Сходите к ней благословиться
Пораньше — с самого утра.

Октавио! Приехал брат.
Я встрече с ним, увы, не рада!

Бояться, милая, не надо.
Я, право, дон Хуану рад.
Мы часто вместе выпивали,
Когда бывали кутежи
В моем особняке…

Скажи:
Он знает что-нибудь?

Едва ли!
А впрочем, может быть, Тристан
Ему наплел, как говорится…

В достоинствах твоей сестрицы
Не сомневается Хуан.
Он убежден, что я — святая
И что она… Короче, он
Давно в сестру твою влюблен.
А вдруг, в сердцах у нас читая,
Он разгадать сумеет нас?
Молчал он до сих пор, — ни слова!
Но за такой удобный повод
Мой брат ухватится тотчас!
Фульхенсия теперь далеко,—
Пока твоя сестрица там,
Он запретит встречаться нам.

Как это было бы жестоко!
Да, увезли ее силком,
Но я не спорил слишком рьяно,—
Сестре и вправду видеть рано,
Как брат живет холостяком.
Во всем признался я правдиво,—
Уж ты не гневайся, молю!

А я, поверь, тебя люблю
За то, что ты правдив на диво.
Мой друг, — не сомневайся в том! —
Мой друг не может быть двуличен,
А то бы стал он безразличен
Душе моей…

Они — вдвоем!

Твой брат!

В былое время строже
Вели себя девицы.

Боже!
Тристан и дон Хуан идут!

Октавио! Что это значит?
Зачем она тебя тут прячет,
И что вы делаете тут?