Эдвард Олби - Все в саду

Дженни. Сейчас это уже ни к чему.

Ричард. Нет, я не выдержу. Мне будет совестно смотреть гостям в глаза. Я закричу, или заплачу, или бог знает что выкину.

Дженни. Выдержишь, и, если хочешь знать, ты, наверно, впервые сможешь смело смотреть в глаза и Чаку, и Перри, и Гилберту.

Ричард. Почему? Потому что моя жена — проститутка?

Дженни (словно увещевая его). Нет… а потому, что ты уже не будешь рядом, с ними, так сказать, бедным родственником и сможешь на равных поддержать разговор: "мы с Дженни тоже покупаем новую машину", и "надо бы увеличить членские взносы в клуб, чтобы отвадить от него всякий сброд", и "мы с Дженни думаем, не провести ли нам зиму на острове Антигуа", и тому подобное.

Ричард (с отвращением). Боже, как безнравственна!

Дженни. Ничуть. Я говорю о деньгах. Что, как не деньги, заставляет нас держать друг друга за глотку? По деньгам о тебе судят. И достоинство измеряется только деньгами.

Ричард. Есть и другие мерки.

Дженни. Ну, уж во всяком случае не среди нас, не в нашем кругу.

Ричард. Разные бывают деньги!

Дженни. Да уж, разные! Просто их либо слишком мало, либо слишком много или как раз сколько надо.

Ричард. Ты испорчена до мозга костей.

Дженни. Большие деньги портят, маленькие деньги портят, а как раз в меру — просто никогда не бывает.

Ричард. Смотря, как они достаются.

Дженни. Ты мне об этом не говори. Посмотри на наших друзей! Перри торгует земельными участками по десять тысяч за акр, потому что, видите ли, близко от железной дороги, и ни слова одураченным покупателям о том, что водопровода нет и не будет. А Гилберт и его модное издательство? Сколько тратится на рекламу всякой макулатуры? Тысячи долларов. А на мало-мальски приличную книгу? Ничего.

Ричард. Ну, хорошо, хорошо.

Дженни. А твоя лаборатория? Что это за правительственные заказы? Если не ошибаюсь, бактериораспылители, или как эти бомбы называются?

Ричард. Я, кажется, велел тебе… никогда не заикаться об этом.

Дженни. Ты мне рассказал по секрету, и я тебе говорю по секрету, что все вы подонки, убийцы и проститутки.

Ричард (быстро кивая головой). Какая блестящая речь.

Дженни. Вот именно.

Ричард (с едким сарказмом). Бра-во!

Дженни. Мало аплодисментов. Еще.

Ричард. С такой философией тебе нужно было выйти замуж за Джека.

Дженни (с грустной насмешкой над собой). Ты, пожалуй, прав.

Ричард. Хотя не думаю, чтобы ему больше, чем мне, хотелось иметь жену-проститутку.

Дженни (как бы в утешение). Будь я женой Джека, этого бы никогда не случилось.

Ричард (замахивается на нее). Ах, ты!..

Входит Роджер.

Роджер. Я готов.

Оба умолкают, ибо в его тоне, кроме любопытства, сквозит осуждение.

Дженни (овладевая собой). И как раз вовремя. Гости вот-вот придут. Какой же ты у меня элегантный. И совсем взрослый.

Роджер. Ты не первый раз видишь меня в галстуке. (Ричарду.) Ты хотел ударить маму?

Ричард. Это тебя не касается.

Роджер (удивленно). А, по-моему, касается.

Ричард. Нет. И ты, кажется, не помылся.

Роджер. Да, я не успел принять ванну. Но все-таки почему это меня не касается?

Ричард. Потому. А ногти у тебя чистые?

Роджер (смотрит на свои ногти). Относительно. (К. Дженни, с тем же осуждающим любопытством). Он хотел тебя ударить?

Дженни. Не говори глупостей, маленький. Твой папа не бьет тех, кто сильнее его. Идем, помоги мне. Эти бокалы вон туда.

Роджер (ворчит про себя). Не успеешь выйти за дверь, как тут ссора или драка. Дженни (оскорбленным тоном). Роджер!

Ричард. Дрянной мальчишка,

Роджер. Я же не жалуюсь, а только констатирую факт.

Ричард. Держи свои факты при себе.

Дженни. Здесь никто никого не бьет.

Ричард. Во всяком случае, выше пояса,

Дженни (указывая на Роджера). Ричард!

Ричард. Прошу извинить меня. Очень сожалею. Искренне сожалею обо всем. Роджер (тихо, к Дженни). Что с папой?

Ричард, конечно, слышит их обоих.

Дженни. Ничего. Его раздражают гости, вот и все.

Роджер (подходит к Ричарду, искренне). Я помогу тебе принимать гостей.

Ричард (взглянув на него, надрывно смеется, так, что не поймешь, говорит он всерьез или иронически). О господи! Вот уж спасибо!

Роджер (удивленный, отходит). Прости, папа.

Ричард (в бешенстве). Роджер! Я серьезно говорю! Спасибо!

Роджер (удивленно). Не за что.

Звонок у входной двери.

Дженни (вздохнув, охорашивается). Ну, что ж!

Ричард (по-детски, жалобно). И тошно же мне будет.

Роджер. Да, а что мне пить?

Ричард. Лимонад.

Роджер. Ха!