Сергей Соловьев - Собрание Стихотворений

Болотный дух, дух похоти и тлена,
Тебя сожгла небесная любовь,
И розою цветет Андиомена —
Хаоса язвенного кровь.

Мы светло празднуем свободу от проклятья,
Когда, под громы роковых угроз,
Алеет поцелуй, сплетаются объятья,
И шествует весна в венке из роз.

Превозмогая косность мысли нашей,
Когда мы близимся к Познанью Божества,
Нам лилий девственных благоухают чаши —
Кадильницы во храме естества.

Взгляни: сей крин весь мрак, весь смрад земной утробы
В сребро и аромат духовно претворил:
Благовествуя жизнь и истощая гробы,
Марии лилию вручает Гавриил.

Мария! таинство божественного брака!
О имя красное, сладчайшее имен!
О ужас демонов и упраздненье мрака,
И над Гоморрою сияющий Сион.

О ширшее небес девическое чрево
И затворенные святые ложесна!
О благосеннолиственное древо,
Воней златых плодов прозябшая весна!

Сожги последний мрак, фиал любви небесной,
О стамна с манною и неопальный куст!
Мария — сладкий мед словесный
И золото розоуханных уст.

Он нам родной — исполненный созвучий,
Покорный нам, но еще косный мир:
В ответ на мысль гармонией певучей
Волнуется вещественный эфир.

Певцы, художники, поэты! Наша
Мечта сковала хаос мировой,
И разума всеемлющая чаша
Вмещает мир, певучий и живой.

Тебе, о хаос, золотые узы,
Звено к звену, сквозь бешенство веков
Ковали мы, и ангелы и музы
Дарили нам цветы своих венков.

Мечи богов! Резец, палитра, лира!
Познания духовный, чистый хмель!
Сияют в солнце ангельского клира
Софокл, Бетховен, Пушкин, Рафаэль.

Нерасторжимы легкие оковы,
Познал брега безумный океан,
И храм искусства, храм многовековый,
Вознесся ввысь, нетленьем осиян.

Немолчная, согласная осанна
Из наших уст Тебе гремит, Христос.
Исполнен храм и лилий Иоанна,
И роз Марии, непорочных роз.

С креста, в крови, Ты внемлешь нашей лире,
И жрец-поэт возносит к небесам
Кадильницу и золотой трикирий:
Свет разума и песен фимиам.

Беззвездным хаосом окованные души
Восходят в свет, приявши телеса,
И воды отделяются от суши,
И синей кожею простерты небеса.

Замкнута бездна узами предела,
И вещество числом. Раздельны день и ночь.
К волне волну и к телу тело
Стремит божественная мочь.

О дивный образ мира! Сад явлений!
Хвалите Господа в горах, из чащных недр,
Онагры, зайцы и елени.
Древа масличные, ливанский кедр.

Вы — пурпур луга — розы, крины
— О звезды среброустые полей —
И фимиам дубрав, и рев звериный,
И хмель, и масть — вино, пшеница и елей.

Там рыбьим златом голубые бездны
Горят. Сиянье излучая ниц,
Эфир небес, то солнечный, то звездный,
Звенит молитвами влюбленных птиц.

И, подражая им, гармонией псалтирной
Трепещут гусли; сладкозвучный вздох
Зажег свирель. И брак вершится мирный
В лесу, в глуши, где травы, листья, мох.

Над злом последнюю победу торжествуя,
Уста влечет к устам стремление любви,
И хаос уязвлен заклятьем поцелуя…
Моя душа, Творца благослови!

Я — громов сын. Я — грозен, мудр и юн.
Премудрость воплощенного глагола —
В моих руках сверкающий перун.

Иммануил с небесного престола
Нисходит в мир, и расточился мрак.
Любовь Христа все козни поборола.

На солнце истины вперяя зрак,
Все тайны оком я проник орлиным.
Чудес начало: в Кане бедный брак.

По Галилейским розовым долинам
Он с матерью идет на брачный пир,
И подан жениху архитриклином

Вином любви наполненный потир.
У кладезя с блудницей Самарии
Беседует спасти пришедший мир.

Он видит слезы Марфы и Марии,
Он прослезился; по Его словам
Свергает Лазарь путы гробовые.

Купель грехов — лазурный Силоам:
Расслабленный встает, как муж цветущий,
Слепорожденный видит. И во храм