Сергей Соловьев - Собрание Стихотворений

Спасенья нет, всему конец!..
Разорван парус… В страхе бросил
Молитву шепчущий гребец
В морскую пасть обломки весел.

Дрожащей молнии зигзаг
Блеснул мгновенно и потухнул,
Смешалось всё, и в бурный мрак
Кумир богини с треском рухнул…
…………………………………..

В сияньи розовой звезды
Легли серебряные росы,
Впивались в зеркало воды
Песка желтеющие косы;

Недвижна гладь вечерних вод,
Горит заря, дымится кратер,
Сирен рыдает хоровод
Там, где погибла Magna Mater…

Солнце спустилося низко,
В волны лучами упало,
Пурпур вечернего диска
В зыбях зеленых купало.

Моря поверхность тиха,
Росы вечерние капали…
Звонкая песнь пастуха
Смолкла в уснувшем Неаполе.

В бледных волнах замерла
Дев одинокая жалоба…
Мерно качаясь, плыла
Судна разбитого палуба.

И берег с пальмами дремал,
Морская птица не рыдала,
Весь мир грядущему внимал,
И берег ждал, и море ждало…

IV [250]

Семя жены сотрет главу змия.
Бытие III

Долина сонная у Иорданских вод
То волнами текла, то становилась глаже.
Еще молчала жизнь. У запертых ворот
На ложе каменном полудремали стражи.

Сияньем погася неверную звезду,
Вставала на небе златистая корона.
Деревья ожили в полях, в лесах, в саду,
У серебристых волн бегущего Кедрона.

Горели пурпуром высокие дворцы,
Сторожевых постов наточенные зубы;
В полях, за городом оделись в багрецы
Красивых домиков белеющие кубы.

На каменной скалы грозящей крутизне
Сверкали выступы Антониевой башни;
В чертогах Ирода всё спало в мертвом сне,
Отдавши эту ночь распутно-пышней брашне…

Столица гордая под тягостным ярмом
Еще хранила вид своей недавней мощи.
Вдали Вифания проснулась под холмом,
Селенье мирное, в тени масличной рощи.

Проснувшийся рыбак на небольшом дворе
Задумчиво сидел, чиня хомут ослиный;
Под щебетанье птиц дремали на горе
Листвою серою одетые маслины.

Иосиф быстро шел по улицам крутым,
Среди немых домов и площадей безлюдных;
Горела в нем душа предчувствием святым,
До дна раскрытая для откровений чудных…

* * *

Сам ли знал он… Божий зов ли
Вел его… Он видит храм…
Высоко на белой кровле
Вознеслася Мариам.
Всё поняв, душою чуткий,
Плотник радостно взирал:
На лице Ее играл
Свет зари — и незабудки
Глаз глубоких озарял…
Как стрела, темнели брови,
Взор молитвою сиял.
В небесах пурпурной крови
Таял утренний фиал.
И стояла, вся блистая,
Еще чуждая скорбей…
Налетев, плескалась стая
Дымно-сизых голубей.
Роз гирлянда украшала
Злато кос вокруг чела…
Тучка с неба подплыла
И у ног ее дышала.
Иудею осеняла
Нежно-белая рука…
Вся, как лебедь, широка,
Над вселенною сияла
И на мир благословляла
Предтекущие века.

* * *
В распаденьи бесконечном,
Сонмы тварей без конца
Чрез Тебя в единстве вечном
Вечны в Вечности Отца!

Праха с небом примиренье,
Сердца радость и покров,
К Солнцу мира возвращенье
Разметавшихся миров!

В вертограде Божья лоза
Источает ток вина,
И мистическая роза
В звездном круге возжена…

Небеса огнем залиты…
В блеске вечных алтарей
Пред Марией в прахе сбиты
Сонмы духов и царей.

Мир, усталый от страданья,
Обещанию внемли!
Не напрасны ожиданья
Торжества и оправданья
Древней матери Земли!

Дети, дети дряхлой Евы!
Вновь восстанем, спасены
Вечной тайной Вечной Девы,
Чистым семенем Жены!

Близко, близко это время!
Слышу веянье весны…
Мир спасет святое семя
Вечно девственной Жены!

V [251]

Ιδου η δουλη κυριου γενοιτο μοι κατα το ρημα σου
Λουκα, Ι

Через раму оконную
Вижу синюю даль;
Над долиною сонною
Зацветает миндаль;

Вижу в синем тумане я
Гор сияющий трон;
Зацвела Гефсимания,
Запевает Кедрон,

Стать блаженно-счастливыми
Наступила пора…
Зацветает оливами
Голубая гора…

Ангел с крыльями белыми
Просиял из угла,
Лучезарными стрелами
Перерезана мгла…