Илья Британ - Богу

Было трудно уйти мне,
Но тяжелее — возврат;
В моем каменном гимне
Горе с мукой дружат.

И подкошены годы,
Это — Смерти коса;
Как тюремные своды,
Здесь мои небеса.

Мои думы, боитесь
Вы печали земной;
Я — поверженный витязь,
Я — мечтатель больной.

Здесь прикован я к плену,
Путь обратный зарос…
О, прости мне измену,
Белоснежный Христос!..

Затаив последнюю обиду,
Я ушёл от грустного Христа:
Чту теперь богиню Артемиду,
Хоть душа тосклива и пуста.

Не нашёл, искал чего, нигде я,
Всё ничтожно в мороке слепом;
И в слезах, и снова молодея,
Пал я ниц пред тающим серпом.

Оглашая жутким долгим стоном
Даль лесов и мир весёлых нив, —
Пусть умру я гордым Актеоном,
Навсегда земное разлюбив!

Артемида! Мне теперь близка ты,
И назад, я знаю, не вернусь,
Но в лучах твоих горит Распятый
Бог Единый, скорбный Иисус…

Артемида! я не призван к бою,
И отбросив меч свой и пращу,
Я, растаяв тучкой голубою,
В небесах тебя перекрещу…

Я блуждал по всем дорогам,
Я стучал во все сердца:
Путь суровый дан мне Богом
Без начала, без конца…

Я молился в разных храмах,
Я искал у всех жрецов
И в мечтах своих упрямых
Не нашёл ответных слов.

И разрушив все скрижали,
К звукам жизни стал я глух:
В сером мареве печали
Свет мечты моей потух…

Каждый миг несёт потерю:
Но любя свою звезду,
Я в кого-то крепко верю
И чего-то свято жду!

Вечер. Небо капризное хмурится
И закуталось в грязную шаль.
Тихо бродит унылая курица,
Будто тоже ей прошлого жаль.

Туча грузной ползёт колымагою;
Лес испуганный мрачен и наг;
Листья мёртвые жёлтой бумагою
Завалили уснувший овраг.

Утро медленно так просыпается
От гнилого тяжелого сна.
Быть печальным и мне полагается, —
Не хочу я! — Подайте вина!

Ночью слушал я песню осеннюю
И понять из неё только мог,
Что кощунственно верить мгновению,
Что в печали рождается Бог.

Люди злятся и шепчут мне: «Пьяница!
Наливайте мне новый бокал…
Это сердце вовек не обманется:
Быть весёлым мне Бог наказал!

Небо кислое… хмурое… серое…
Солнцу, кажется, выглянуть лень. —
О, как свято, как пламенно верую
Я в великий немеркнущий день!

Из холодного чёрного омута
Сердце внемлет святым голосам;
И взмолился я Богу какому-то,
Но какому, — не ведаю сам.

Всё равно мне! — молился ведь честно я
И страдал до конца и без лжи…
О, великая сила небесная,
Дай мне веру и путь укажи!

Пусть я Имени Бога не ведаю,
Но я слышал далёкую речь
И теперь мимолётной победою
Я не дам свою душу увлечь…

Мне не надо блаженства мгновенного,
Что мне жизни земной берега?
Я избавлен от Времени тленного,
Я — свободен: я — Божий слуга!

Господь, внемли моленью
Души моей пустой!
Брожу я серой тенью,
Бездомным сиротой…

Марал свой крест в грязи я,
Жила во мне вражда,
И скорбная Россия
Бывала мне чужда.

Был предан грешной лени,
Был дерзок и упрям
И в мареве мгновений
Служил иным богам.

Я жил в больном мираже,
Во мне был карнавал;
В любви любил себя же
И лаской убивал.

Господь, я мук не трушу:
Ещё страданья? — что ж!
Сожги пустую душу,
Развей тоску и ложь!..

Былое всё сгорело;
О, гром небесный, грянь:
Пускай разит за дело
Карающая длань!

Коль жить я не умею,
Коль я отверг любовь,
Казни меня скорее
И сердце обескровь!

Смири мою гордыню,
Терзай меня больней,
Но мертвую пустыню
Души моей согрей!

Возьми меня в оковы,
Бичуй мои уста,
Но дай венец терновый
И не лиши креста!

Убей средь мук проклятья,
Но светлым воскреси,
Чтоб смог ожить опять я
Для неба и Руси!