Павел Чувиляев - Последний хозяин

– Вероятно, потому, князь, что я не часто вру своим клиентам и стараюсь строго соблюдать их тайны.

– Учитывая, сколько вы за это берёте, я не удивлён. И не жадничаете: оснащению вашей клиники позавидовали бы иные кенотафы, а система безопасности… Вероятно, вы даже против моей атаки выстояли бы – князь внезапно улыбнулся. Но в глазах оставался лёд, отчего улыбка превратилась в оскал.

– Против вашей – вряд ли, – решил польстить грозному собеседнику хозяин кабинета, – Но я продержался бы часов 12, а за это время сюда прибыли бы войска других моих покровителей, и вам пришлось бы солоно, – добавил врач. С князьями так и нужно: они ценили прямоту с толикой дерзости. Но переборщивший рисковал быть немедленно уничтоженным. Медик явно играл с огнём, но, казалось, забавлялся этим. А князь, похоже, разозлился всерьёз.

– Так что же вам помешало? – почти прошипел он.

– Уважение, – в глазах доктора прыгали весёлые искры; он даже руками развёл.

– Достойный ответ, – хмыкнул князь, признавая пропущенный укол в словесном фехтовании. Он сделал малозаметный жест, и сервы покинули кабинет, прихватив с собой пленного собрата. Их движения были настолько бесшумны, что доктор удивился.

– Поздравляю, князь; они беззвучны, как тени. Смазка из высокотемпературного сверхпроводника, не правда ли? Наслышан о ваших разработках…

– «Хорошая машина бесшумна, как могила», – процитировал князь, – но не будем отвлекаться. Давайте сначала. Я ещё не впал в маразм, и помню, что слышал эту историю много раз. Кажется, я нашёл решение, но сперва хотел бы послушать вас.

– Извольте. Ваш третий сын работал на лунной базе. Он командовал поисковыми буровыми работами по добыче гелия. К несчастью, бур пробил перемычку над глубинным газовым пузырём. Гелий они нашли, но взрыв уничтожил установку и сервов. Тщательное расследование на Луне и Земле доказало, что это не диверсия. Но Ивану от этого не легче: ему раскроило череп. Его охраняла стандартная четвёрка. Два серва уничтожены взрывом; два сильно повреждены. Наименее пострадавший серв вынес вашего сына из ада и пустил второго робота на запчасти для ремонта. Но он боевик, а не спасатель. Он поставил герметичную палатку над раненым, подал сигнал бедствия и начал лечить. Жизнь вашему сыну он спас, но методы военно-полевой хирургии не располагают к сантиментам. Наноткань комбинезона Ивана была порвана, а палатки не делают из нанида. Атмосферы на Луне почти нет; ночь длится 14 суток, а температура падает до -192 по Цельсию. Палатку пришлось греть. Серв использовал батареи второго робота и свой ресурс. Он выдержал сутки и отключился. Одновременно начал терять устойчивость материал комбинезона. Помощь опоздала на 6 часов. Травма черепа, кислородное голодание, обморожение и облучение… Мозг Ивана был повреждён, а тело пришлось собирать по кусочкам. Мой коллега в кенотафе сотворил чудо, но, когда пациент пришёл в себя, у него обнаружилось стойкое психическое расстройство. На языке эскулапов Megalomania, по-простому, мания величия. Ладно бы он вообразил себя Наполеоном или

Сталиным – нет, он считает себя действующим главой Земли. Вы поместили его в мою клинику, и я сделал всё, что мог. Ныне расписываюсь в бессилии и рекомендую больше не тратить деньги.

– Зачем? – казалось, князь пропустил реплику собеседника мимо ушей.

– Что? Простите, не понял вас, – доктор казался обескураженным не более, чем сам того хотел.

– Да. Не поняли. А вот я вас, кажется, понял. Направляясь сюда, я размышлял не столько о бедном Иване – с ним, к несчастью, всё ясно – сколько о вас. Мы ведь с вами земляки. Я родился в Москве, но не в 2017 году, как вы, а в 2007 году. Хорошо помню времена Путина; достойный был правитель. Вы не задумывались о странностях жизни, док? Ваш папаша был мошенником. Он сбежал из Нигерии в Россию от войны и голода. Числился «вечным студентом», на деле занимаясь взломом и воровством с кредитных карт. Потом его убили. Вашей матушке пришлось туго: интим-салоны и сауны, затем уличная проститутка. Она умерла от передозировки наркотиков, когда вам было 12 лет. С тех пор вы предоставлены сами себе. Вы голодали, но не желали воровать. А в больнице всегда рады тому, кто за еду будет выносить горшки за пациентами, даже если это плохо понимающий по-русски тощий негритёнок.

Но вы серьёзно увлеклись медициной. Как раз тогда сломалась старая система образования, и обучение перешло в Интернет. Практического опыта у вас было, хоть отбавляй, но как вы сумели сдать теоретические экзамены – ума не приложу. В 2039 году вы получили диплом врача. Дальше смута. Военно-полевая хирургия, как вы сказали. У вас были знания и статус, но не было денег. Вы лезли в самое пекло, лишь бы заработать. На войне врачам платят хорошо. Клинику вы открыли в 2052 году; с тех пор она трижды переезжала. Точнее, эвакуировалась: незаконные эксперименты с мозгом, не правда ли? В 2066 году вы обосновались здесь, в Монти. Вас уважают; вы известны и очень богаты. Вы купили самое лучшее омоложение, из тех, что можно достать за деньги, плюс собственные разработки. Добавили себе лет 40 жизни; меня благородная седина не обманет. Ещё вы владеете информацией. Мои конкуренты дорого бы дали, чтобы узнать, что мой сын – псих. Полагаю, в вашем сейфе, не в том, что обыскали мои сервы, а в другом, который стоит в кенотафе князя Эскобара, много подобных историй. Я было подумал, что вы обиженны на весь мир и жаждете власти и мести. Тогда где ваш кенотаф? Вы давно могли бы стать князем, но не делаете этого – почему? Поэтому я и спросил, почему вы до сих пор живы? Признаю: я в вас ошибся; недооценил. Вы учёный и исследователь, док. Для вас главный вопрос: как и почему что-то происходит, а власть, как таковая, вам не интересна. Для нас, аристократов, главный вопрос – зачем? Слова в простоте не скажем; самому противно… Этот вопрос я вам и задал.