Алексей Кащеев - восемнадцать плюс

Но снова тебе не спится
И ты открываешь окно.
Деревья торчат, как спицы,
И небо, как полотно,

Лежит над твоим домом
Без складок, как простыня.
Вселенная впала в кому,
Луна тверда, как броня.

Пейзаж кошмарен и шаток.
Он нервы берет на слабо:
Ты снова смешал «девятку»
С Эдгаром Аланом По.

И снова лежишь в кровати,
Стараясь унять дрожь:
Вот здесь ты живешь и, кстати,
Наверное, здесь помрешь.

Сервант, старинный и гордый,
Обои (пора менять),
И кот с монголоидной мордой,
И дранная им кровать,

И фотка – ты знаешь, кто там,
И книги – ты их читал,
И даже добытый потом
С автографом чьим-то журнал.

В двухкомнатной этой отчизне —
Санузел раздельный, возле
Метро. Проехать легко. —
Квадратные метры жизни,
А также того, что после,
А также того, что до.

сентябрь светила пусть поспят
дождям настала смена
и негры мокнут и скорбят
у крыши РУДНа

в моем районе осень мрак
для Тропарево это
сезон поганый точно как
зима весна и лето

нет в жизни смыла в смерти же
есть смысл но банальный
во всех районах я уже
не говорю о спальных

храни меня мой талисман
от девятиэтажек
от лесопарковых полян
от стройплощадок даже

храни меня от санузла
от кухни и от спальни
храни меня от зла от зла
а лучше от печали

о вещая моя печаль
что делать мне с тобою
пропить нельзя а бросить жаль
свое ведь не чужое

продам пожалуй в полцены
всем тем кому занятны
вся эта явь все эти сны
а может и бесплатно

трем мокрым неграм или вам
пришлю посылку к дому
быть может вы живете там
где что-то по-другому

допустим я умер и тело мое
санитар на лифте отвозит в морг
вынимает центральный венозный катетер
снимает с меня пижаму и тапки
кладет в черный плотный пакет
делает соответствующую пометку
в журнале приема умерших

и вот я попадаю на страшный суд
занимаю очередь перед дверью синей
стою смущаясь своей наготы
волнуюсь как на экзамене по химии
повторяю невыученный урок
я прожил честно ушел по-английски
я лечил как мог и писал как мог
я заботился о родных и близких
я конечно грешил но не так чтоб слишком
ошибался часто но не со зла
бывал жесток но только мальчишкой
в общем совесть моя относительно чиста

но как и положено при подобном стрессе
в голову лезет всякая дребедень
я вспоминаю как с Андрюхой и Даней на нашем месте
мы пили пиво в мартовский день
шел девятый класс пубертат в разгаре
мы трепались о том как паршиво жить
а когда подступило то мы с парнями
ринулись за гаражи отлить

мы мочились долго на снег весенний
оставляя в сугробе глубокий каньон
я отчетливо помню это мгновение
обезлюдевший школьный стадион
надпись на гараже «я ебал Оксану»
у забора мужчину с собакой большой
и стрелу длиннющую башенного крана
нависавшую над моей головой

как известно
песни Элвиса Пресли
как правило очень короткие
большая редкость если
студийная запись длится четыре и больше минут
чаще три тридцать
не является редкостью
и просто две
по нынешним меркам
его песни коротки прямо вдвойне

существует несколько версий на данный счет

так известный западный критик Карл Готтенгот
полагает что дело в пластинках
на них помещалось весьма немного пространства
чего не скажешь о современных аудионосителях
это разочаровывало потребителей
поэтому продюсеры решили четко
чтобы песен влезало побольше
надо сделать песни короткими

однако басист андерграундной группы «Россия в огне»
Егор Михеев лично знакомый мне
как-то сидя со мною в баре «Дважды два»
предположил что едва
ли Готтенгот прав
скорее всего дело совсем в другом

эти песни сделаны чтобы угорать дико
танцевать а не слушать
сопереживать а не сопли кушать
веселиться а не задумываться о плохом
чувствовать себя соловьем а не последним лохом
слышал когда-нибудь пение соловья?
божественно если пару минут
а вот когда дохуя
например три часа
начинает болеть башка
и хочется эту голосистую суку
повесить на первом суку