Отправимся в храм – любоваться статуей Афродиты,
как дивно украшена она золотом!
Это дар Полиархиды, разбогатевшей
красотою своего великолепного тела.
В храм златокудрой Афродиты эту картину
Калло преподнесла, изобразив себя так, как есть.
Как нежно стоит она, взгляни, как цветет ее красота!
Пусть здравствует – ибо жизнь ее беспорочна.
Верю, что с радостью Афродита примет
этот дар – повязку с головы Самифы.
Как искусно сделана она, как благоухает нектаром,
которым прекрасного Адониса умащала богиня.
На картине изображена красота Фавмареты —
и ее горделивое изящество, и ее нежный взор.
Увидев твой образ, завиляет хвостом собачка, стерегущая дом твой,
думая, что хозяйка ее перед нею.
Вот Мелинна сама – будто живая! Взгляни, как лик ее нежен —
словно в самом деле ласково смотрит на нас.
Как всеми чертами дочь матерь напоминает свою! —
удивительно, когда дети на родителей так похожи.
Даже издали видно, что здесь запечатлена Сабетида—
благодаря красоте и величию облика.
Посмотри! Отсюда, мне кажется, я вижу и ее доброту, и мудрость.
Счастья тебе, благословенная дева!
Смейся, да громко, путник. И путь продолжай, но и добрым словом
помяни меня. Я – Ринфон сиракузский,
маленьким соловьем был я Муз, но своими флиаками
сумел из плюща я сплести свой венок.
Если в Митилену, странник, в край прекрасных танцев плывешь ты,
чтобы вдохновиться цветами благими Сафо,
там скажи, что меня – милую и Музам и ей – родила
земля локрийская; имя мое, запомни, – Носсида. Теперь же ступай!
Артемида, правящая Делосом и милой Ортигией,
спрячь свои стрелы на груди у Харит,
дивную кожу свою омой в водах Инопы и приди
в дом Алкетиды, чтобы спасти ее от тяжелых родов.
Комментарий:
В «Палатинской антологии» сохранились двенадцать эпиграмм Носсиды. Есть их классический перевод с сохранением античного размера, выполненный Л. В. Блуменау и Ю. Ф. Шульцем, и делать еще один подобный я не видел смысла, но мне захотелось попробовать перевести их иначе – свободным стихом, к тому же исследования последних лет позволили уточнить смысл некоторых строк.
Глядя на водопад в горах Лушань
в лучах солнца вершина горы
как курильница в пурпуре дыма
присмотришься издали недвижный отвес
и белая полоса зрима
с высоты три тысячи чи
несется быстрый поток
кажется падает Облачная Река
с девятого неба стремима
среди цветов
стоит кувшин вина
пью одиноко
ни родных со мной ни друзей
поднимаю чашу
луну к себе призываю
и тень мою
будет втроем веселей
жаль первая
не умеет совсем выпивать
второй движения
повторять мои все сложней
если они
рядом пожелают остаться
буду счастлив
счастьем весенних ночей
песню пою
луна вдохновенно танцует
сам я пляшу
в безумии тень легка
мы в сознании
дружба наша крепка
а хмель ударит
разбредемся мы наверняка
связанные вовеки
этою странной прогулкой
встретимся снова
там где Облачная Река
Проводя ночь в горном храме
высокая башня
в сотню шагов высотою
можно отсюда
звезды рукою срывать
голосом громким
говорить я не смею
жителей неба
страшно покой нарушать
Слушаю флейту весенней ночью в Лояне
из чьего дома доносится темное
яшмовой флейты звучанье
в весеннем ветре оно затерялось
Лояна наполнив дыханье
в печальных напевах сегодняшней ночи
слышу о сломанной иве
грустное в ком не пробудет песня
о родном саде воспоминанье
Просыпаюсь пьяный весенним днем
наша жизнь
не безбрежный ли сон виденье
ничто в мире
тревожить нас не должно
целый день
пил вино потому
на крыльце моем
уложило меня оно
придя в себя
я вглубь сада взглянул
одинокая птица
пела в цветах темно
время года
какое не увидеть сквозь тьму
но пение иволги
ветром весенним полно
умиленному красотою
печально сердцу моему
в чашу опять
налил я вино
и безумно запел
ожидая явленья луны
но лишь песня закончилась
стало мне все равно
Читать дальше