Прости за то, что не смог узнать
твой голос, запах и цвет твоих глаз.
Прости за то, что не смог угадать
твой греческий профиль и римский анфас.
Прости за то, что прошу простить
за то, что тебе не сказал привет.
Прости, я не буду больше пить
и по весне нарушать этикет.
1991
В утренних сумерках город лежит.
Неумолимо будильник звенит.
Я просыпаюсь… Иду… по коридору.
По холодному полу.
В жутком ознобе ржавой водой
прочь изгоняю сон.
Окна Малевича чёрной дырой
гонят меня – вон.
Я бы выпил вина, или просто поспал.
Но я должен уйти… Я уже устал…
Втиснут в холодный, душный троллейбус.
Еду туда, где весь день
буду бороться за план производства,
превозмогая лень.
Я бы выпил вина, или просто поспал.
Но я должен уйти… Я уже устал…
В душном салоне дух перегара.
Он никогда не умрёт!
Я не один – со мною на пару
мой солидарный народ.
Он бы выпил вина, или просто поспал.
Но он едет со мной, он тоже устал.
Он тоже устал, но едет со мной.
Мы мчимся куда-то с нашей страной.
1992
На стенах рубиновых скал
я видел игру огня.
Где май, догорая, вдыхал
свет уходящего дня.
С солью обветренных грёз,
умчавшихся в прошлое лет.
Под шелест юных берёз,
танцующих менуэт.
Там, в изумрудной купели
вязкой лесной тишины,
ветер играл на свирели
летнее соло луны.
В полночь немногим дано
видеть на звёздах слёзы.
Было и мне суждено
слышать поэзию прозы.
В танце небесных огней —
вечность летящего лета.
В праздник ночных королей
я упаду до рассвета.
Самые сильные крылья —
пламя весенних костров.
Их погасить бессильна
сырость осенних ветров.
Эти костры горели
в ночь уходящей весны.
Ветер играл на свирели
летнее соло луны.
1992
Смотри! Какая красная луна.
Смотри! Как ореол её прекрасен.
Смотри! Планеты, как осколки льда.
Их бесконечный путь опасен.
Наблюдая как плавится время,
в языках иезуитских костров,
ты узнаешь как чёрное племя
скоро выжрет его нутро.
И помилуй тебя Господь
строить планы на сотню лет
до тех пор, пока над тобой
продолжается эксперимент.
Упаси от соблазна грешить.
Научи как обиды простить.
Напои святою водой…
Да не кровью.
Услышь! Когда поёт тугая плеть.
Сумей себя сберечь от этой песни.
Стакан, наполненный на треть,
спасёт от зависти и лести.
Ты не верь, что смешна и убога
эта жизнь по законам кривым.
Не забыта земля эта богом!
Земля эта проклята им.
1992
Высохла кровь на битом стекле.
Слышишь? – Ночь позади!
Высохла кровь на битом стекле…
Не уходи! Подожди!
Дай себе шанс – не губи,
что создано не тобой.
В каждом есть капля любви.
Каждый и есть любовь…
Слабость твоя всего лишь на миг.
Страх – всего лишь на час…
Боль придаёт каждому сил.
Боль никогда не предаст…
Дай себе шанс – не уходи!
И не спеши туда…
Всё у тебя ещё впереди.
Скоро пройдут холода!
Мёртвым уже никогда не узнать
вкус полу-чёрствого хлеба…
Ходим мы все по чёрной земле.
Дышим прозрачным небом…
1992
***
Жёлтая песня высохших трав.
Горькая память слёз.
Пепел надежд. Неосознанный страх.
Эхо далёких гроз.
Тайны рубиновых звёзд
не замуруешь в стене.
Есть между ними мост,
видимый лишь во сне.
Может быть в этих снах
истины скрыт ответ.
В их, неземных тонах —
вечно живущий свет.
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу